Ирина Матысяк:

Добрый день, дорогие друзья! В эфире программа «Полилог» и я, ее ведущая, Ирина Матысяк. Сегодня у нас в гостях российский актер театра и кино Алексей Демидов. Здравствуйте, Алексей!

Алексей Демидов:

Здравствуйте!

Ирина Матысяк:

Ну, как всегда, наши передачи мы начинаем с детства. Скажите, пожалуйста, Вы вот, говорят, мечтали стать моряком?

Алексей Демидов:

Да, был такой момент. Я посмотрел фильм, который мы с Вами сегодня вспоминали, «Пираты двадцатого века». И влюбился я не в Еременко, влюбился я в боцмана (я, к сожалению, не помню, как зовут артиста, он еще каскадер, еще у него куча регалий, по-моему, он военный), как он красиво боролся с пиратами, как он прыгал с корабля, раздвигал мины! Я думаю: «Все, мне нужно быть боцманом». Сказал я маме: «Пойду я учиться на боцмана». Она говорит: «Сын, давай на капитана дальнего плавания, боцманом ты всегда успеешь стать, а вот капитаном…» Я думаю: «Наверное, мама права, надо идти на капитана». Но я не пошел.

Ирина Матысяк:

Но в итоге Вы пошли…

Алексей Демидов:

…в артисты. Понял, что это можно делать и в кино: можно и военным побыть, и моряком, и кем хочешь, было бы желание…

Ирина Матысяк:

Вы поступили в театральное училище имени Евстигнеева?

Алексей Демидов:

Да, все верно, со второго раза.

Ирина Матысяк:

Почему со второго?

Алексей Демидов:

Вы знаете, я, когда был маленький, я сильно картавил, и рост у меня был небольшой. То есть, когда я первый раз поступал, мне было 15 лет (после 9-го класса), рост у меня составлял 164, по-моему, сантиметра, и картавость у меня была, как мне сказали, между еврейской и французской, то есть я говорил так: «Медиаметрлрикс, котирлровки, трлридцать трлри корлрабля лавирлровали, лавирлровали…» И несмотря на эту, значит, мою проблему, меня пропустили тура, наверное, до 3-го, и потом просто не назвали. Со мной был в десятке парень, который учился уже в Москве, видимо, на платном, но не мог, видимо, оплатить и поехал поступать в Нижний. И он был со мной в десятке и говорил: «Лёш, не беспокойся, кроме нас там смотреть не на что». Я думаю: «Ну, все, я поступлю». Я ему верю, он старше. И вдруг его называют, а меня нет, после нашего выступления, так сказать. Я говорю: «Подождите, вы пропустили мою фамилию». Она говорит: «Где?» Я говорю: «Ищите, вы же не назвали, там же не на что смотреть, кроме меня». Она говорит: «Так нет, ну, поднимитесь, может, я, действительно, что-то путаю». Я поднялся к руководителям, к педагогам, которые еще сидели, я говорю: «Подождите, а я, а как же я?» Они: «Только не плачь, Лёш, только не плачь». Я говорю: «Так я не плачу». А слезы, оказывается, сами катились. Они говорят: «Ты маленький, Лёш, 9-й класс, ты картавишь, надо исправить, подрасти, вообще, подумай». Я говорю: «Ну, хорошо». И учился я, в принципе, хорошо до 9-го класса, потом я забросил школу. Кое-как я учился, но я прыгал, я подтягивался, я плавал, я висел на турнике, ходил к логопеду, и за год я вырос на 12 сантиметров.

Ирина Матысяк:

Ого!

Алексей Демидов:

Да, и на день открытых дверей в свое театральное училище я пришел, проходил мимо моих будущих педагогов, которые меня узнали, я был в пиджаке, они проходили мимо меня: «Ой, вырос-то как…» Я думаю: «Ну, надо все, коронку». Я им говорил: «Здррравствуйте!» Они: «А!» Посадили меня рядом с собой, и тогда я понял, что у меня все-таки есть шансы, есть шансы поступить, и они меня взяли уже со второго раза.

Ирина Матысяк:

После этого Вы еще поехали учиться. Когда Вы закончили училище, Вы поехали учиться в Санкт-Петербург, в академию.

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

И там Вы проучились…

Алексей Демидов:

…меньше года – месяцев эдак 7, наверное, 6.

Ирина Матысяк:

Вот, скажите, зачем Вам нужно было ехать в Санкт-Петербург, и почему вот так произошло?

Алексей Демидов:

Все очень просто. Понимаете, я, вообще, когда второй раз поступил в Нижегородское театральное училище, это не было осознано, это был спортивный интерес: почему меня не взяли? Я был хорошим, мне же сказали. Почему он поступил, почему я не поступил? Мне нужно было поступить, то есть это какая-то такая спортивная злость была. И только, наверное, в конце третьего курса, если быть честным, я понял, что, черт возьми, это же моя профессия! То есть как бы я, по идее, должен дальше быть в театре и этому отдать какую-то часть жизни (вообще, я это очень люблю), возможно, всю жизнь. А я ничего не умею, я ничего не запомнил, я понял, что мне нужно учиться, что я не могу. Я приду, и что? Они мне скажут: «Ну, давай делай, давай показывай, пробуй». А я буду: «А, м, а, я не могу ничего». Я понял, что мне нужно поступать еще раз, потому что, к сожалению, азов я вроде бы как не запомнил. Но есть такая просто пословица среди людей, которые учатся в театральных институтах: «На первом курсе ты народный артист, на втором ты заслуженный, на третьем просто, а на четвертом ты никакой вовсе не артист». Вот, скорее всего, так со мной и произошло. Поэтому сначала я поехал в Москву, я хотел учиться только в Щуке, потому что, живя в Нижнем Новгороде, был наслышан, что это лучшая движенческая школа России, и меня очень это интересовало. Я любил акробатику, сценическое движение, танец. Я приехал и я показался. Мне сказали: «Но Вы же учились?» Я говорю: «Да». Мне сказали: «Ну, мы не сможем Вас, наверное, принять, потому что Вам лучше в театр идти, и уже там… Или, на самом деле, есть 2 бюджетных места на втором курсе (мы Вам этого не говорили)». Я говорю: «Хорошо». Я дождался педагога (художественного руководителя) и встретил у входа. Я говорю: «Здравствуйте, я, значит, такой-то, такой-то, я из Нижнего Новгорода Лёша Демидов, меня берите, я учился, я знаю, что у вас есть 2 бюджетных места, но кто мне это сказал, я Вам не скажу». И вот, видимо, эта такая простота и наглость его толи смешили, толи обаяли (я не знаю). Он сказал: «Слушай, я тебя сейчас не буду смотреть, я посмотрю тебя через полгода земной, потому что сейчас у меня и так большой курс, я буду только отчислять, но зимой… Запиши мой телефон». Дал мне свой, мы обменялись, но я не приехал. То есть я уже учился в Санкт-Петербургской академии и, учась в ней… Я очень люблю Санкт-Петербург, это мой любимый город. И я думаю: «Боже мой, я проведу здесь точно 5 лет, это прекрасно, я буду учиться в этих стенах, это все, это история, романтика и все такое». И, проучившись как-то 3-4 месяца, во мне началась закрадываться мысль, что это не мое место, я не там, где я должен быть. Вот она сидит и сидит. Не я себе внушаю, что я такой классный, талантливый, и мне нужно на большие экраны. Нет, просто я сижу и понимаю, что мне нужно быть где-то в другом месте. По этой профессии, по этой стезе, где-то в другом месте. И крепло, крепло это зерно, и оно выросло в то, что я, спустя полгода, после зимних каникул решил сначала позвонить сутра (специально проснуться пол-шестого), позвонил педагогу, своему художественному руководителю и говорю: «Слушайте, я что-то заболел, у меня болит живот, прямо, вообще, я не отхожу от туалета, мне нужно что-то делать». Он говорит: «Отдыхай, отдыхай, давай набирайся сил, здоровья, посети врача». Я пошел к врачу и говорю: «Так и так». Он говорит: «Давай-ка в больницу положим тебя, сейчас по Питеру идет брюшной тиф». Я говорю: «Нет, нет, я полежу в общежитии» – «А если ты заразишь кого-нибудь?» Я говорю: «Ну, ладно, а на долго?» Он говорит: «Нет, дня на 3, тебя посмотрят, вдруг, мало ли, просто, чтобы ты остальных не заразил». Я говорю: «Ну, ладно». Я пролежал в больнице и оттуда уже вышел, посидел еще в академии (в общежитии академии) и понял, что я просто трачу время, надо что-то делать. Занял тысячу рублей и уехал в Москву.

Ирина Матысяк:

Покорять Москву?

Алексей Демидов:

Да, разгонять тоску и покорять Москву.

Ирина Матысяк:

Ну, и как тут, в Москве?

Алексей Демидов:

Прекрасно, прекрасно! Меня встретили друзья. На 500 рублей я купил билет и 500 рублей – я вышел, я купил вкусный алкогольный напиток. Я купил, потому что был вечер, и мы с друзьями должны были куда-то идти, и мне так хотелось, потому что было страшно. Как-то я не боялся уходить, я ему позвонил в итоге (педагогу, художественному руководителю в академии питерской), я говорю: «Я ухожу». Он говорит: «Хорошо». И я пришел, солнечная погода, я взял эти документы, я вышел, думаю, ну, все, я свободен, я могу делать все, что я хочу. И тут я понял, что эта вот академия как огромный клубок нити, и мы все привязаны. И неважно, где бы мы были, мы там учимся, и мы привязаны, вот у нас эта нить, она никуда не девается. А тут я просто взял – и меня ветром понесло, и мне стало на секунду так страшно. Но, я думаю, вообще, в принципе, что-то новое начинать, от чего-то отказываться – это определенный риск, это страх.

Ирина Матысяк:

Тем более в никуда, насколько я поняла.

Алексей Демидов:

Да, абсолютно! То есть мне друзья в Питере говорили: «Приезжай». Но они учились в театральном училище, они нигде не снимались, они не могли мне ничем абсолютно помочь. Ну, да, у них, наверное, какие-то были знакомые, но это все такое пустое. Просто, да, я поехал в никуда. У девочки, которая совсем меня не знала, взял у нее взаймы. Она говорит: «На сколько?» Я говорю: «Я не буду сейчас тебе врать, что через 3 дня я тебе вышлю». Я говорю: «Нет, я еду в никуда, мне нужны будут деньги, неизвестно, когда я их заработаю, но я тебе говорю, это минимум месяца 2-3, я постараюсь именно в этот отрезок тебе их и отдать». Ну, где-то так и получилось, но я вернул. Здесь меня встретили друзья, мы поели. Они говорят: «У тебя деньги-то есть?» Я говорю: «Нет, я раздал». Подходили люди: «Братан, дай немножко, мне не хватает». Я говорю: «Держи». Девушка подошла очень опрятная (я понимаю, что она наверняка работала), она подошла с чемоданом и говорит: «У меня сестра там, поезд отменили». Я говорю: «Да?» Она говорит: «Да, завтра нам есть нечего, может что-нибудь поесть». Она хорошо одета, она с чемоданом. Я говорю: «Да, конечно». И так, в общем, пока я ждал друзей, которые опаздывали, чтобы за мной приехать, где-то минут на 20, за 20 минут я все раздал. Но было-то особо немного. Они говорят: «Лёша, ты с ума сошел?!» Я говорю: «А как? Людям же нужно». Он говорит: «Это город, где всем нужно». Я говорю: «Вот оно как делается-то, оказывается». Вот, и, в общем, я жил в общежитии у своего товарища. Поскольку нам казалось, что мы были похожи, я проходил по его студенческому. Проходя, я открывал и закрывал, и проходил. И так я жил 2-3 месяца, пока одна моя знакомая не решила прислать мне посылку на мое имя в эту комнату. Им сказали: «Он там не живет». И они пришли, а мы сидим, делаем ужин, они такие: «Здрасьте, а здесь Демидов-то живет?» Я так… А уже вечер. И меня вызвала к себе комендант, мы с ней пообщались, и она сказала: «Ладно, ты бедный, хороший мальчик, вот тебе чай, иди, но давай, 3 дня, и надо что-то делать». Да, мы играли на гитаре в переходе. Я одно время, живящий еще в Нижнем Новгороде, занимался ведением мероприятий и организацией их, поэтому в Москве тоже старался этим подрабатывать, находил подработки. Потом попал, значит, в мой первый большой проект – сериал «Рыжая».

Ирина Матысяк:

Это мы говорим о 2008 годе?

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

Вы помните первую роль?

Алексей Демидов:

Самая первая – это даже… Первая большая – это вот сериал.

Ирина Матысяк:

Вообще, в Интернете написано, что Ваша кинобиография отчитывается от 2008 года.

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

Это вот «Рыжая» как раз?

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

А что, до этого были эпизоды?

Алексей Демидов:

Был… Нет, нет.

Ирина Матысяк:

Или роли маленькие?

Алексей Демидов:

В Нижнем Новгороде снимали фильм, посвященный 60-летию Победы, это был наполовину художественный… Нет, все-таки это был документальный фильм, где актеры некоторые события восстанавливали, и из нашего театрального училища выбрали меня и девушку курсом меня старше. И мы вместе с ней баловались, потому что мы не понимали, что это? Нам платили какие-то деньги, нас кормили, и мы вроде как снимались. На нас направляли камеру, и мы там что-то играли. Ну, я думаю, что это было не совсем серьезно, хотя периодически мы, действительно, отдавали себе отчет, что мы снимаемся в кино, и хотели его потом посмотреть. Но я его где-то в записи потом в Интернете нашел через определенное количество времени, то есть не сразу после выхода. Это был такой опыт. Большой опыт уже, наверное – это как раз сериал «Рыжая», который шел по СТС. Я попал туда благодаря своему другу, который сыграл там главную роль, зовут его Андрей Щипанов. И он, когда шел туда на пробы, они хотели, я так понимаю, его утвердить, и звали его на пробы, как на работу, каждый день. И он говорит: «Позовите моего друга». Они позвали меня, я пришел, я попробовался на другую роль, играл я третью. Они сказали: «Ну, в течение 2-х недель мы Вам дадим ответ». Я говорю: «Хорошо». Перед этим я снялся в рекламе, я снялся в рекламе сухариков «Кириешки», была увлекательная работа, я получил с нее приличные деньги и снял квартиру. Мне не нужно было прятаться по общежитиям и проситься к друзьям. Я снял квартиру, и вот заканчивалась оплата первого месяца, а денег уже больше не было, их нужно было откуда-то брать. Я нашел какую-то работу – провести какой-то корпоратив, можно сказать. И все равно денег не хватало. Я думаю: «Что же делать, что же делать?» И 2 недели, которые мне сказали, что мы вам позвоним через 2 недели, они уже прошли. Я думаю: «Ну, все, я не попал. Через 3 дня оплата, что делать, что делать?» И вдруг, во время того, как мы договаривались о проведении корпоратива, и что я буду делать, и что мне нужно делать? Мы это выясняли, и мне звонок с неизвестного номера, а все артисты любят звонки с неизвестного номера, потому что это потенциально возможная работа, и ты с радостью всегда: «Алло!» И ты сразу заранее готов, но это не всегда так, но, тем не менее, мы любим эти звонки: «Здравствуйте, Алексей!» Я говорю: «Да» – «Из сериала «Рыжая» Вас беспокоят, завтра съемки, Вы можете? Мы Вас утвердили». Я: «О, у, э, я, я могу, я, конечно же, могу» – «Все, завтра придете точно?» – «Да».

Ирина Матысяк:

Надо было сказать: «Я сейчас вот, у меня тут дела…»

Алексей Демидов:

Тогда бы мне сказали нет, потому что там был такой голос: «Вы точно сможете?» – как будто бы там еще 50 человек. А, наверняка, были еще 50 человек, которые были готовы, и они рассматривались как потенциальные артисты.

Ирина Матысяк:

Вот сейчас, так сказать, 10 лет прошло, по сути дела…

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

Вы с каким чувством вспоминаете эту роль?

Алексей Демидов:

С прекрасным чувством! Я понимаю, что я не могу назвать это чем-то серьезным, каким-то мощным вкладом в российский кинематограф. Нет, конечно! Я учился там стоять под камерой, не закрывать партнеров, ловить свет и так далее. Ну, и пытаться что-то органично делать. Смотрел за артистами, у которых гораздо больший опыт, и я понимал, что мне нужно хорошо показаться, мне нужно стараться сделать свою роль качественно, потому что дальше при моих, дай бог, будущих работах это будут оценивать. И я, в принципе, стараюсь к этому так подходить – честно делать свое дело. И я не раз слышал, что это оценилось впоследствии.

Ирина Матысяк:

У Вас за 10 лет 63 работы.

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

Это много.

Алексей Демидов:

Это много.

Ирина Матысяк:

Это много, это, в общем, 6 работ в год, не все актеры так востребованы. А Вы сейчас тоже ходите на пробы?

Алексей Демидов:

Хожу.

Ирина Матысяк:

И этот процесс не меняется?

Алексей Демидов:

Нет.

Ирина Матысяк:

Просто приходишь на пробы, и вот этот стресс, этот экзамен?

Алексей Демидов:

Да. Сейчас у меня уже меньше стресса. Он периодически присутствует, но его гораздо меньше. И появилась такая опция (редко, но это случается), бывает, утверждают без проб, это очень приятно. Первый раз, когда меня утвердили, я говорю: «Правда?» – «Да-да-да, зачем, мы тебя знаем…»

Ирина Матысяк:

Я разговаривала с одним режиссером, и он мне сказал, что у Вас такой «советский» типаж.

Алексей Демидов:

Это мне многие говорят.

Ирина Матысяк:

А, скажите, пожалуйста, Вам вот, скажем так, актерски интересней современная жизнь, или все-таки наша недавняя, а, может быть, более давняя?

Алексей Демидов:

Вы знаете, я думаю, что для актера, вообще, в принципе, интересно попробовать многое.

Ирина Матысяк:

Вот драматургии где для Вас больше?

Алексей Демидов:

Где драматургия? Конечно же, в советское время. То время интересней, безусловно, те люди интереснее.

Ирина Матысяк:

Почему?

Алексей Демидов:

Ну, во-первых, это история уже, потому что сейчас история только пишется, и, наверное, она будет интересна людям. Нет, она тоже очень интересна, но, если выбирать, то я выбираю XX век (FOX, хотел сказать), XX век.

Ирина Матысяк:

FOX Вас еще не выбирал?

Алексей Демидов:

Пока нет, пока нет…

Ирина Матысяк:

Все еще впереди…

Алексей Демидов:

Дай бог! Может им понадобятся советские лица, а я его попытаюсь сохранить…

Ирина Матысяк:

Вопрос. У Вас есть и советское время, и современное, и так далее. Вот, по Вашему мнению, герой нашего времени – это кто?

Алексей Демидов:

Герой нашего времени – это бизнесмен, такой собирательный образ бизнесмена, если когда говоришь о человеке «бизнесмен» – удачливый, ловкий, хитрый, тщеславный, меценат, иногда спонсор. Я думаю, что образ бизнесмена – это и есть герой нашего времени (я думаю так).

Ирина Матысяк:

По этому поводу могут быть разные мнения.

Алексей Демидов:

У каждого свое, безусловно.

Ирина Матысяк:

Просто я не очень хорошо понимаю, кто сейчас герой нашего времени? Если в советское время мне было очень понятно (то есть и литература, и телевидение, и кино) понятно, кто у нас герой – правдолюб и так далее, тот, который не боится. А сейчас мне вот…

Алексей Демидов:

Я так думаю (то, что я сказал), я так думаю, просто глядя на то, что происходит.

Ирина Матысяк:

У Вас есть бизнесмены, правда, они романтичные.

Алексей Демидов:

Да, они немножко из советского времени, потому что я с удовольствием хотел бы, я думаю, что у каждого человека внутри – все мы хотим искренности, чистоты. Но многие считают, что быть искренним, настоящим, чистым, каким-то справедливым, где-то терпеливым – не вызывает такой персонаж почему-то сейчас, видимо, не вызывает интереса среди людей. Хотя, в принципе, когда человек что-то подобное делает, многие и я периодически, когда я вижу, когда человек спас собаку, или там мальчишка где-то, в каком-то провинциальном городе (я сейчас точно не помню, какой город) шел по набережной, отец спасал ребенка, отец с ребенком начали тонуть, и пацан молодой лет 13-ти (детдомовский, по-моему, даже парень) спас их обоих. Ну, молодец! Это прекрасно!

Ирина Матысяк:

Скажите, а почему кино-то нет на эту тему?

Алексей Демидов:

А у меня у самого вопрос. Вы знаете, очень хочется мне когда-нибудь начать снимать кино, и я очень хочу снимать именно вот про таких ребят, такие ситуации, потому что зачем брать ситуации из других стран, когда у нас полным-полно этого, стоит просто заехать в город и поболтать с людьми (в любой город за МКАДом).

Ирина Матысяк:

Скажите, пожалуйста, раньше киноактеры, они, то есть в перерывах между съемками, они зарабатывали такими концертами. Сейчас киноактеры делают такие концерты?

Алексей Демидов:

Мне кажется, очень малое количество таких людей, кто делает концерты. Из молодых, наверное, была проба у Александра Петрова. Я не помню, как это называется, но, до недавнего времени, он ездил с каким-то своим таким выступлением театральным. А, в основном, нет. По-моему сейчас люди зарабатывают…

Ирина Матысяк:

А почему?

Алексей Демидов:

Можно больше зарабатывать Инстаграмом.

Ирина Матысяк:

То есть?

Алексей Демидов:

Выкладывая… Ну, ты актер, допустим, востребованный в какой-то степени, тобой интересуются. Ты выкладываешь в Инстаграм свои фотографии или видео снимаешь, историю свою, человек на тебя подписывается (много-много людей, просмотры и так далее), тебе поступают предложения: «Прорекламируйте нас, а мы Вам за это яблочко и так далее». То есть можно и так.

Ирина Матысяк:

Понятно, а у Вас есть Инстаграм?

Алексей Демидов:

Да, есть, я понял, что его нужно развивать.

Ирина Матысяк:

Правильно.

Алексей Демидов:

Мне не хотелось, на самом деле.

Ирина Матысяк:

А Фейсбук?

Алексей Демидов:

Фейсбук есть.

Ирина Матысяк:

Я Вас не нашла, значит я плохо владею…

Алексей Демидов:

Есть, есть, я даже больше его сейчас люблю.

Ирина Матысяк:

Вот, смотрите, в Интернете написано, что Вы интересуетесь западными методиками работы актера над собой. Почему западными? Почему не Станиславский?

Алексей Демидов:

Интересно, какие западные методики?

Ирина Матысяк:

И мне интересно.

Алексей Демидов:

Нет, нет такого, не интересуюсь западными методиками.

Ирина Матысяк:

Мы только что, практически, приблизились к Станиславскому: верю, не верю…

Алексей Демидов:

Верю, не верю. Нет никаких западных методик. Я не могу сказать, что я интересуюсь. Если я пойду на какой-то мастер класс, конечно, я с удовольствием схожу. Но я просто смотрю, как работают люди. И если мне что-то непонятно…

Ирина Матысяк:

То есть на площадке?

Алексей Демидов:

Да, на площадке. Я смотрю фильмы, если мне нравится, я смотрю дальше фильмы этого артиста, где он какой, как он работает, как он подходит к своим ролям. Скорее, в живую, зрительно я повышаю свой…

Ирина Матысяк:

То есть актер все равно должен учиться каждую секунду?

Алексей Демидов:

Безусловно, конечно! Всю жизнь и не останавливаясь…

Ирина Матысяк:

А у Вас есть любимые актеры (мы не будем брать наших российских, так сказать, чтобы никого не обидеть)?

Алексей Демидов:

Хорошо, а кого обижать-то?

Ирина Матысяк:

Просто, на мой взгляд, в последнее время как-то суперзвезд, их нет. Раньше были Янковский…

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

А сейчас вот…

Алексей Демидов:

А сейчас все немножко суперзвезды, а потом просто звезды.

Ирина Матысяк:

Нет, мне кажется, сейчас их просто нет. И в западном, на самом деле, кинематографе. То есть суперзвезды были, а сейчас все они какие-то одинаковые. Ну, да, у кого-то чуть больше рейтинг в деньгах, у кого-то чуть меньше. Но вот таких вот Марлон Брандо нет.

Алексей Демидов:

Ну, наверное, чтобы стать суперзвездой, должен быть, наверное, соответствующий сценарий, чтобы артист мог себя проявить так, чтобы сказали: «Вот достойный продолжатель российских актеров». У меня любимый артист? Их много. Много артистов, которые мне нравятся, как работают. Одно время я был без ума, скажем так, от Рассела Кроу. Дэниел Дэй-Льюис, его количество Оскаров говорят сами за себя, что он хороший артист, как минимум. Их много, их много. Но, наверное, я пока вот остановлюсь так. Ну, безусловно, Аль Пачино, Роберт Де Ниро, несмотря на то, что сейчас, мне кажется, он просто в свое удовольствие снимается и уже не относятся к этому серьезно.

Ирина Матысяк:

Кино и театр. Мы привыкли, что актеры и в кино снимаются, и в театре работают. Вы только преданы кино…

Алексей Демидов:

Не то чтобы я предан, оно есть, и слава богу.

Ирина Матысяк:

Но Вы были в «Содружестве»…

Алексей Демидов:

Да, я был в театре «Содружество актеров Таганки», я оттуда ушел, но я хотел вернуться. Я хотел вернуться, и мы разговаривали на этот счет с художественным руководителем Николаем Николаевичем, но в итоге пришли к тому, что я решил не возвращаться. Была сложная ситуация, где, в общем, я решил, что нет, наверное, надо куда-то двигаться дальше. Опять же, было страшно, но я благодарю его за то, что он не взял меня обратно.

Ирина Матысяк:

То есть, Вы такой вот – Вам нужно вот это положение в никуда?

Алексей Демидов:

Выйти из зоны комфорта, да. Это просто правильно, тогда ты начинаешь ощущать…

Ирина Матысяк:

А вот для актера выход из зоны комфорта, он что дает – драйв дополнительный?

Алексей Демидов:

Адреналин, конечно! Когда комфортно, как говорят… Какая фраза-то была? Ну, «артист должен быть голодный» – понятно. «На сытый желудок революцию не сделаешь» и так далее. Когда комфортно, ты так под себя немножечко играешь и все. А тут… Во-первых, это опыт, что для артиста, я считаю, самое важное. Опыт жизненный, в принципе, тогда глаза другие, тогда и поведение другое. Поэтому, я считаю, что он очень важен – именно этот выход из зоны комфорта, вообще, в принципе, для любого человека, потому что когда ты привыкаешь, ты садишься и думаешь: Ну, сейчас так, но потом будет…» – и засыпаешь.

Ирина Матысяк:

Мне кажется, что «волка ноги кормят»…

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

…и это, в общем, к актерской профессии относится на все 100 процентов. Сегодня я, пока ехала на передачу, я у одного режиссера прочитала такую фразу: «99 процентов людей отождествляют сыгранную актером роль и его личность реальную, и чем талантливее актер, тем дальше в игре он уходит от самого себя».

Алексей Демидов:

Согласен ли я с этим?

Ирина Матысяк:

Да.

Алексей Демидов:

Да, абсолютно!

Ирина Матысяк:

А вот до этого у меня был гость, который говорит, что каждый актер играет сам себя в каждой роли.

Алексей Демидов:

И такие есть артисты. Но, наверное, никто не хочет быть таковым артистом (постоянно играть сам себя), но таковые есть, мы их видим, и мы это все прекрасно знаем. Посмотри работу того или иного артиста в нескольких фильмах, и ты поймешь, он развивается от роли к роли, идет, что-то ищет, работает как-то, хоть чуть-чуть, либо он – просто внешность…

Ирина Матысяк:

Вы имеете в виду, если он одинаковый в каждой роли?

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

То есть выбрал тип и пошел…

Алексей Демидов:

Да, сам себя. Нет, мы идем от себя, понятное дело, то есть мы идем от себя, но если хорошо поработать, я думаю, что можно хорошенько уйти. Когда ты играешь, я не знаю, чокнутого профессора, но я не чокнутый профессор, но если вдруг меня утвердили, мне нужно постараться, понаблюдать за чокнутыми людьми, за профессорами, от каждого взять какую-то изюминку и выстроить свой вот этот собирательный образ, и постараться максимально уйти от себя, чтобы быть другим. Наша задача быть другими, наша задача воплощать то, что написано в сценарии или в книге. Я думаю, это так было бы правильно. Понятно, что кто-то этим не занимается и просто пользуется внешностью или какими-то данными.

Ирина Матысяк:

Вообще, опять же, исходя из опыта (у меня сегодня передачи воспоминаний), исходя из опыта общения с моими гостями, некоторые кинорежиссеры, они говорят, что кино, на самом деле, это технология, то есть в кино можно снять любого и показать его либо суперталантливым, либо никакими. Я понимаю, что я сейчас на тонкую грань встаю…

Алексей Демидов:

Нет, нормально… Я думаю, что в этом есть правда. Если талантливый режиссер, если у него есть те самые технологии, которые нужны для этого, то можно снять и дерево, и оно будет гениальным. То есть он просто, используя какие-то определенные приемы, сможет это сделать. Но с актером просто это будет проще, ему не нужно будет столько заморачиваться, как-то что-то скрадывать, или чтобы человек спиной как-то что-то, или издалека. Но артист может это сделать гораздо быстрее.

Ирина Матысяк:

Но все-таки это технология больше? Сейчас мы переходим к технологичному кино, к съемкам и так далее. То есть «в угол, на нос, на предмет», и у тебя открытый взгляд, и в этом взгляде можно и слезы увидеть…

Алексей Демидов:

А можно их нарисовать…

Ирина Матысяк:

Да.

Алексей Демидов:

Я думаю, что кино должно быть разнообразным. Есть различные жанры, и одному будет нравиться комедия, другому драма, третьему боевики и так далее. Поэтому кино, если оно будет технологичным только, я думаю, тоже мало любителей будет таких фильмов, поэтому оно должно быть разнообразным, оно должна быть актерским. Я люблю актерское кино. Не потому, что я актер, а вот в данный момент своей жизни я предпочитаю актерские фильмы, где ничего нет, кроме артистов. И когда ты смотришь и не можешь даже отойти, я не знаю, налить себе чаю или в туалет, просто дышать не можешь, как тебе интересно за этим наблюдать. Без всяких взрывов, спасения планеты, инопланетян и так далее, и тому подобное. Ты просто смотришь за людьми и все, и там есть все, что нужно. И я бы не назвал это кино технологичным – кино, которое держится как раз за счет определенного количества артистов.

Ирина Матысяк:

Таких артистов много у нас (мы без персоналий)?

Алексей Демидов:

Это вопрос?

Ирина Матысяк:

Да.

Алексей Демидов:

Много ли у нас таких артистов? Много ли у нас таких артистов? Я думаю, что у нас их достаточно для того, чтобы они достойно продолжали, что было сделано в советское время и ранее. Я думаю, что их достаточно.

Ирина Матысяк:

Наша актерская школа, она же…

Алексей Демидов:

Сильная.

Ирина Матысяк:

…сильная.

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

…очень хорошая. Но есть (опять же, вот я это наблюдаю как зритель со стороны), есть разница большая в современных, молодых актерах и, скажем так, старых. Есть разница между новой школой, я бы назвала это так, и старой школой. Вот представители старой школы, они даже говорят по-другому.

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

В обычной жизни они говорят. Это что, сейчас по-другому стали учить?

Алексей Демидов:

Вполне возможно, по-другому стали учить, приходят новые педагоги, более молодые, у них свое видение, как нужно преподавать. Ну, и время другое, что самое важное. Я думаю, что они как раз люди, скажем так, увидевшие что ли нечто большее, чем мы сейчас. Хотя у нас Интернет, и мы можем ездить, куда хотим, но они более глубокие, я считаю, большинстве своем. Возможно, как раз это к разговору насчет идеалов (возможно).

Ирина Матысяк:

Видели нечто больше… В советское время, на самом деле, было ведь очень тяжело…

Алексей Демидов:

Вот! Я про это.

Ирина Матысяк:

…тяжело быть актером, потому что, несмотря на то, что 600 человек на место (я просто помню).

Алексей Демидов:

Курсы были – гораздо меньше количество людей принимали.

Ирина Матысяк:

А сейчас больше, да?

Алексей Демидов:

Сейчас, в среднем, 25 человек берут где-то, по-моему, на курс.

Ирина Матысяк:

Вообще, в профессии остается меньше половины статистически.

Алексей Демидов:

С моего курса в Нижнем Новгороде ушли, по-моему, 3-4 человека (просто ушли в какой-то момент).

Ирина Матысяк:

А остальные остались в профессии?

Алексей Демидов:

Нет. Закончили (кто сейчас у меня?), одна однокурсница работой в салоне красоты и счастлива, на мой взгляд. Я вижу ее фотографии, я вижу какие-то ее посты в Интернете, и я понимаю, что человек, во-первых, прекрасно выглядит, она счастливая, по-моему, она постоянно улыбается, у нее все хорошо, она встретилась с друзьями, тут семья, тут они куда-то поехали…

Ирина Матысяк:

А вот с чем это связано?

Алексей Демидов:

Человек понял, что это не его. И, мне кажется, что она, оканчивая 4-й курс, она уже это понимала. То есть мы в прямую не разговаривали, но у меня возникло ощущение, что да, она будет заниматься чем-то другим. И я не вижу в этом ничего плохого. Как минимум, как мне сказали в Нижегородском театральном училище: «Возможно, актеров мы из вас не сделаем, но мы поможем вам социализироваться в обществе, вы будете уметь немножко разговаривать, вы сможете подражать какие-то беседы, вы сможете находить быстрее общий язык». То есть просто это 4 года полезных…

Ирина Матысяк:

Как Институт благородных девиц что ли?

Алексей Демидов:

Да, абсолютно! Это я тогда думаю: «Нет, все-таки хотелось бы стать актером, помимо всего прочего…»

Ирина Матысяк:

Может быть, за счет этого раньше профессия актера, она была элитарной профессией, то есть 600 человек на место во ВГИК (я помню, вот это я помню очень хорошо), а сейчас все по-другому…

Алексей Демидов:

Да, по-другому.

Ирина Матысяк:

А она должна быть элитарной, вообще?

Алексей Демидов:

Нет. Я не очень понимаю, когда ее обожествляют. А еще я больше не понимаю, когда артист думает, что он какой-то… Есть люди, которые начинают думать, что они на Олимпе сейчас. Я считаю, что это ерунда полная, ты просто артист. Да, это, скажем так, не среднестатистическая профессия, но возвышать ее над профессией врача или педагога – это просто глупо, потому что, я считаю, это гораздо более серьезные профессии. Чтобы быть настоящим педагогом, вот настоящим – не просто получить образование и все, я педагог (ну, да, я артист, а какой артист, тоже вопрос, одним я нравлюсь, другим нет), чтобы стать настоящим педагогом, чтобы уметь воспитывать детей, чтоб они через 30 лет сказали: «А у меня была Надежда Петровна, и она мне и это, и то, и пятое, и десятое». Есть люди, которые вспоминают своих педагогов, а есть, которые: «Ну, у меня (господи, не помню), ну, у нее еще такая…» Ну, понятно… И у меня есть такие педагоги. Поэтому я считаю, что не нужно возвышать, элитарной она не должна быть. Да, она необычная, но не более того.

Ирина Матысяк:

Она сложная, вообще-то…

Алексей Демидов:

Сложная. Шахтером тоже сложно работать, я уверен. Да, внутренне ты затрачиваешься, конечно, но разведчики затрачиваются…

Ирина Матысяк:

Каждый человек, он в себе, в профессии соединяет личность свою. А здесь вот, по мнению режиссера, актер выходит за рамки своей личности, поэтому потом же обратно надо возвращаться все равно.

Алексей Демидов:

Да, как говорил Евгений Александрович Евстигнеев, главное вовремя выйти из образа.

Ирина Матысяк:

Поэтому это более сложная, на мой взгляд, профессия. Что у нас в ближайшее время? Я знаю, что вот 63 работы есть, 59 (по-моему) из них вышло, значит, есть какой-то невышедший бэкграунд. Какие премьеры нас ожидают с Вашим участием?

Алексей Демидов:

В Интернете есть проект, называется (он сейчас так называется, назывался он, по-моему, раньше немножко, рабочее название другое было), сейчас он называется «Большое небо». Это история двух друзей-летчиков, где снялся я, Станислав Бондаренко, Маруся Свирид, Светлана Марцинкевич и другие артисты. История про то время, про 70-е годы, про двух друзей-летчиков, которые, естественно, один ас-красавчик и, вообще, весь суперталантливый летчик, а другой такой правильный, приехавший из глубинки советский парень (это я, естественно). И они сначала, естественно, не подружились, они враждебно были настроены, потому что ас делал все неправильно, а асу казалось, что этот слишком правильный, и так нельзя. Но, тем не менее, различные жизненные ситуации их сближают, и они становятся лучшими друзьями. Прекрасная работа, которую снял Влад Николаев.

Ирина Матысяк:

Это сериал?

Алексей Демидов:

Да это будет сериал. Что еще у нас будет выходить? Что-то еще будет выходить… «Жди меня» будет выходить – проект военный, проект, который снял Станислав Иванов с Валерией Ланской и другими артистами. Военный проект про ансамбль, который катался по передовой, давая концерты, поддерживая солдат, и какие происходили ситуации. На мой взгляд, очень (я видел немного, мне показали кусочек), но, на мой взгляд, это очень здорово и непохоже на большинство военных фильмов, которые сейчас снимают.

Ирина Матысяк:

В чем?

Алексей Демидов:

Подход. Мне кажется, использование музыки, использование песен, использование стихов, вообще, построение кадра. Мне интересно, мне показалось, что это очень здорово. Ну, я видел подход режиссера к этому делу, я думаю, что это будет хороший сериал.

Ирина Матысяк:

Вот сериалы (у нас время уже неумолимо поджимает, но все равно), вот сериалы иногда снимают по 300, по 600 серий и так далее. Вот актер не устает? Это же такой отрезок времени…

Алексей Демидов:

Устает.

Ирина Матысяк:

…когда нужно жить в каком-то образе, и не всегда этот образ бывает тебе близок.

Алексей Демидов:

Вы знаете, я думаю, как происходит? Я думаю, что сначала это, конечно, здорово, потом артист начинает думать: «Ну, а что? Ну, 300, 600 серий. Ну, надоест, наверное, но я буду зарабатывать». А потом происходит… На самом деле, я думаю, что из-за таких проектов нужно вовремя уходить, потому что ты садишься в эту роль, она проникает, проникает в твою жизнь (а роли проникают в жизнь артиста), и ты становишься этим персонажем и в жизни. И ты приходишь на пробы такой же. И ты ничего просто уже… Нужно очень сильно себя держать в узде. Я думаю, что это колоссальная работа над собой, чтобы не остаться в этом образе, потому что потом люди просто тебя отождествляют только с этим персонажем, а ты им, в принципе, и являешься. Ты можешь говорить: «Нет, я не такой!» Но нужно какое-нибудь время побыть без тебя, чтобы, во-первых, люди забыли о тебе, и ты снял вот эти вот оковы этого персонажа с себя. А артист, конечно, устает. Особенно, если в сценарии бывает такое, что сценарист исписался и не знает, что делать дальше, а снимать нужно, и он уже начинает писать…

Ирина Матысяк:

…как в «Санта-Барбаре».

Алексей Демидов:

Да.

Ирина Матысяк:

…амнезия у всех на очереди.

Алексей Демидов:

Да, потеряли память, амнезия и тому подобное.

Ирина Матысяк:

Ну, что же, Алексей, большое Вам спасибо, что Вы нашли в Вашем плотном графике время, чтобы придти к нам! Мы желаем Вам успехов! Надеемся на то, что Вы и дальше продолжите так ударно трудиться (по 6, по 8 проектов в год)! И, конечно, наверное, мы все-таки хотим Вас увидеть и на сцене театра!

Алексей Демидов:

Дай бог! Спасибо Вам большое за теплые слова! Будем стараться дальше работать, будем стараться повышать качество своих работ и качество проектов! Также желаю вам всем успехов! Нашим слушателям и зрителям успехов и хорошего сегодня дня! Также, чтобы эта весна…

Ирина Матысяк:

Сегодня 1 апреля.

Алексей Демидов:

Первое апреля, да, поэтому…

Ирина Матысяк:

…мы без шуток.

Алексей Демидов:

…все это шутка была (все наше интервью). На самом деле, у нас мнение, вообще, другое, это мы сейчас по написанному тексту говорим… Нет, конечно, это все юмор. Желаю всем добра! Желаю всем хорошей весны! И чтобы этот год принес только положительные плоды в вашу семью, в ваш дом и в вашей карьере!

Ирина Матысяк:

Спасибо!

Алексей Демидов:

Спасибо вам большое!

http://radio.mediametrics.ru/polilog/61782/