Цена успеха с Алёной Франц: Сделать осознанный шаг, чтобы не пропустить свой шанс

Алена Франц:

Привет, дорогие друзья, в эфире программа «Цена успеха» с Аленой Франц, в гостях у меня очень талантливая российская певица, автор песен, народная артистка Чечни, народная артистка Кабардино-Балкарии Катюша Лель. Мы сегодня поговорим о цене успеха, какова была цена твоего успеха, с чего все начиналось. Ты с детства любила музыку, с трех лет уже пела, и папа, заметив это, купил тебе фортепиано. Из какой мы семьи, творческой или нет, или это просто дар Божий?

Катя Лель:

Каждый из нас приходит на Землю по своему желанию, уже имея свои таланты, я в этом не сомневаюсь, потому, что когда я родилась, я уже знала, зачем я здесь, понимала, что музыка — это все, что мне нужно, у меня замирало дыхание, я переставала дышать, я засыпала и просыпалась с музыкой. И когда стоял вопрос кем стать, я смотрела на своих одноклассников или в детском садике и не понимала — это ведь так просто, почему они этого не знают, может, у них нет своего предназначения или им нужен путь, время. Мне не нужно было это время, потому что я с этим родилась и понимала, что это тот самый путь, над которым мне нужно много трудиться, мне нужно многого достичь, прежде всего нужно быть мегапрофессионалом своего дела. Я должна быть образована, чтобы я вышла к своим зрителям человеком, который может открыто смотреть в глаза, потому что я профессионал своего дела.

Алена Франц:

Папа, мама из какой сферы?

Катя Лель:

Папа мастер спорта по велоспорту, спортсмен, мама инженер, у нее в подчинении было полторы тысячи молодежи, она сильная женщина.

Алена Франц:

Характер, наверное, в маму.

Катя Лель:

Я никогда не замечала в детстве по маме, что она такая сильная, а уже с годами понимала — вот откуда эта сила духа, и если что-то не так, достаточно одного взгляда, и все понятно. Женская сила духа — колоссальная энергия, и в нашей семье всегда любили музыку, наш дом всегда был гостеприимный, родственники, друзья, накрытые столы, музыка, мы с сестрой в четыре руки музицировали с самого маленького возраста, и в три года я сказала — я буду певицей. Москва была моей мечтой, это осуществление моей цели, это то, без чего невозможна моя профессия, поэтому я всегда думала — как же я это сделаю, когда придет то время. И самое некомфортное для человека — сделать осознанный шаг, когда ты понимаешь, что если ты его не сделаешь, то пропустишь свой шанс. С 16 лет я уже собиралась в Москву, потом была не очень комфортная политическая ситуация, надо было немного подождать, и в 19 лет я сказала папе и маме, что уезжаю. Они подумали, что это очередной прикол, но увидев, что Катя стала собирать чемоданы, четко настроена на Москву, мама рыдала три дня: «Ну куда она поедет, младший ребенок в семье, она же ничего не знает, где жить, на что жить?» И я очень благодарна папе, он меня очень любил и сказал: «Я в свое время допустил очень большую ошибку. Я летел на очень важные соревнования в Москву и засел в аэропорту в Минеральных Водах из-за нелетной погоды. А если бы я поехал на поезде, то успел бы, и моя жизнь сложилась бы по-другому. И я хочу, чтобы ты не пропустила свой момент, езжай. Не получится — возвращайся, мы тебя всегда ждем, любим, но если ты не дашь себе этот шанс, ты будешь всю свою жизнь жалеть».

Алена Франц:

С какими трудностями столкнулась в Москве?

Катя Лель:

С любыми. Я благодарю Бога, что он мне посылает хороших людей. Определилась, что уезжаю, а где жить? У моей учительницы была ученица из Саратова, которая живет в Москве на Ленинском проспекте, казалось, ей это надо? Но она услышала по телефону мой уверенный голос: «Я еду в Москву быть певицей», — мне повезло, что она тоже музыкант с высшим музыкальным образованием, услышала мою силу, что я знаю, чего хочу. Меня приняла Лариса, потрясающая девочка, у которой я жила первый месяц на Ленинском проспекте, за что ей большое спасибо, это было чудо.

Алена Франц:

Хочу заметить — когда люди чувствуют, что у человека действительно серьезные намерения, то берутся за него, помогают. Где деньги брать в первое время, где работать, это же сложный путь. Ты приезжаешь в огромный город, ты никому не нужен и тебе никто никогда не поможет. Как ты считаешь, социум влияет на человека или все-таки семья?

Катя Лель:

Все влияет. Бесспорно, семья — это основа жизни, все формируется в семье, с рождения: взгляды, поступки, честь, достоинство, отношение к этому миру, отношение к себе. Но мы же выходим в социум, и мы от него зависим, от людей, которые нас окружают, мы тоже зависим, которые иногда решают — я король, я бог, и я решу его судьбу, будет он на этом радио или не будет. Такие ситуации сплошь и рядом, хотя люди не понимают, что не они боги, это не их канал и не их радио. Почему они не дают возможность человеку проявить себя, почему думают, что эта песня не будет хитом? Он не профессионал, даже не имеет образования, но почему-то человек имеет такую возможность и право утверждать, что он решает судьбы людей.

В моей жизни был уникальный случай. Центральный парк Горького, ко мне приезжает двоюродная сестра, мы идем с ней гулять — красота, музыка, люди гуляют, но надо думать, что делать дальше и где жить, на что жить. Большая сцена, известные артисты выступают, и там проходит музыкальный конкурс «Музыкальный старт-94». Месяц, как я приехала в Москву, я смотрю и понимаю — хочу быть на этой сцене и говорю об этом сестре. Позади меня стоит пацан, который слышит наш разговор, и говорит: «А что, слабо?» Неважно, знакомый человек, незнакомый, самый близкий, родной — тебе посылаются свыше ситуации от людей, для того чтобы ты шел дальше. Или тебя провоцируют, или вдохновляют, но какой-то знак он тебе дает. И я говорю: «Мне слабо?» При этом мне стало страшно, у меня была с собой кассета, я подошла к пульту и сказала: «Послушайте, пожалуйста, это моя кассета, сама пишу песни, я автор-исполнитель, очень хочу петь на этой сцене — Но вы же видите, что здесь профессионалы. — Да, но я вам понравлюсь». Вера в себя — это колоссальная сила, и человек ее считывает, если ты веришь в себя, значит и люди тебе поверят. И он сказал: «Подойдите завтра за вашей кассетой в два часа дня в это административное здание в парке Горького». Звали этого человека Михаил, я ему всю жизнь буду благодарна.

Мы всю ночь не спали, переживали, а вдруг жизнь может измениться, мечта так близко. Я захожу к нему в кабинет, помню, он был небольшого роста, говорит: «Катя, вы такие песни хорошие пишете, но я ничего не могу предложить, гонорара нет. — Не нужен гонорар, просто дайте мне возможность выйти на сцену, я хочу здесь быть. — Ну, если бы у вас был костюмчик с собой», — а я с собой взяла концертное платье, которое заранее в Нальчике мне сшила моя подруга, красивое длинное платье с разрезом золотистого цвета. И я говорю: «А у меня все есть. — Тогда вперед на сцену, в 8 часов ваш выход три дня подряд». Я счастливая выходила на сцену, где исполняла свои песни, и люди очень тепло реагировали.

Дальше происходит следующее. Звонит тот же Михаил: «Катюша, приглашаю на конкурс молодых исполнителей «Музыкальный старт-94» без отборочного тура сразу в финал, потому что я видел, как вы работаете с публикой, как вас принимали», — и я становлюсь лауреатом. Причем мне сказали конкретно: если ты представишься Москвой, то первое место твое. Я говорю: «Нет, я из Нальчика». Казалось бы, пойди по игре людей, которые тебя просят, но нет, я из Нальчика, я там родилась, это моя сила, мои предки. И все равно я стала первой. Помню, выиграла видеомагнитофон, это было что-то из ряда фантастики, 1994 год, первый видик.

Иду я после этого конкурса по Крымскому мосту, и мне так грустно внутри. С одной стороны, я счастлива, что я первая, сбылась мечта, но я так хочу домой. Здесь тебя никто не любит, никто не ждет, потому что никого не знаешь, и душа там, где все близкие. Одна моя половина говорит: «Развернись, подойди к сцене, вдруг там тот человек, который тебе нужен». А вторая половина говорит: «Нет, ничего не будет, езжай домой». Такие испытания всегда внутри нас присутствуют — да и нет, внутренняя борьба. И я переселила себя, повернулась, сошла с Крымского моста, опять вернулась к сцене, стоит Лев Лещенко. Был как раз гала-концерт, где выступали все звезды, которые были на конкурсе. Я подхожу: «Здравствуйте, у вас есть продюсерский центр молодых талантов, это правда? — Вы что, талант? — Да. — А почему вы талант? Таких миллионы. — А я очень талантливая, сама пишу песни, послушайте».

Я уезжаю на пару дней в родной Нальчик на свой день рождения, и мне звонит Лариса, у которой я жила: «Слушай, ты не поверишь, Лев Валерьянович Лещенко тебя ищет, сказал, чтобы срочно приезжала». Я с трясущимися руками, ногами еду в офис к Лещенко, он говорит: «Ну что, деточка, рассказывай, кто тебе пишет, кто за тебя сочиняет? — Я сама». Когда уже пошло время, сказал: «Я подумал — хитрющая какая, человек под маской или такая, какая есть? Сядь к инструменту, сыграй». Я села, спела песню: «Я хочу покоя...» А он говорит: «Сколько тебе лет, деточка, что ты хочешь покоя?» А я написала эту песню в 16 лет, у меня душа странника, очень мудрая, наверное. «Кому из нас 50, тебе или мне?» Подозвав своего бывшего директора, сказал, что эта девочка поедет с ним на гастроли. Первые гастроли были Питер, Сортавала и Петрозаводск. Директор спросил: «Да зачем это нужно? — Я сказал, она поедет с нами на гастроли. Ты готова?» А я хоть сейчас. Главное оказаться в нужное время в нужном месте и проявить свои намерения, уверенность, что ты готов, что ты сделал все для того, чтобы это произошло.

Таким образом я в агентстве Льва Лещенко, и когда он увидел мой успех в Питере, где представлял меня как свое детище в середине концерта, я пела несколько своих песен, после концерта подбежали люди брать автограф, я вся покраснела, а он все видит, думала — все, так и закончатся мои первые и последние гастроли. Говорят, какой восторг, какая вы замечательная, а я говорю, что это все Лев Валерьянович. Он доверил мне такую возможность на сцене, просто фантастика, проявить себя в середине концерта у такого мэтра, любимого народом. После концерта слышу: «Ребенок, иди сюда». Кладет мне руку на плечо: «Ну что, я буду заниматься тобой, я верю в тебя, у нас все получится». Я поняла, что сейчас тот момент, когда тебе дан этот шанс, эта возможность, и если я смогу ее держать, то ничего лучше быть не может в этом мире.

Алена Франц:

Многие люди скептики, они не верят, ничего не хотят, а потом кого-то обвиняют. Мне кажется, просто нужно взять волю в кулак и к этому стремиться. Я наткнулась на такую интересную статью, что Катюша Лель уже в первом классе планировала неделю. Это так научено или изнутри?

Катя Лель:

Изнутри. Был посыл записывать на бумагу свои планы, цели, каждый день был полностью расписан с утра и до самого позднего вечера. Я себе придумывала разные занятия, несмотря на то, что училась в музыкальной школе с отличием, я была успешной пианисткой, и так как не было эстрадного вокального отделения, у меня еще хоровое дирижирование, я занималась шейпингом, современными танцами, акробатикой, в спортивном классе легкой атлетики, еще была солисткой в ВИА при Дворце пионеров, плаванием, то есть времени не было вообще. Я приползала домой от усталости, но я понимала, что мне все это надо, внутренний стержень организовать себя.

Алена Франц:

Очень важно себя организовать, этого многие не могут, особенно нынешняя молодежь.

Катя Лель:

Я смотрю на свою 14-летнюю дочь и понимаю, в кого она. Спрашиваю: «Ты сделала уроки? — Мама, я еще на уроках сделала». Точная копия меня, когда я слушала новую тему и уже делала домашнее задание на завтра. Я в ней узнаю себя, этот задор, любовь к жизни, к людям.

Алена Франц:

Надо любить жизнь, окружение, себя надо любить, если ты полюбишь себя, тебя полюбит весь мир.

Катя Лель:

Но как же это сделать, вот в чем вопрос, многие люди не понимают.

Катя Лель:

А чего ты такая довольная, такая улыбающаяся, у тебя все так прекрасно? Мы проснулись, мы живем, и это прекрасно. Но это же те испытания, которые даны каждому человеку, у каждого есть свои испытания, неважно, чем ты занимаешься в этом мире. Другой вопрос, как ты к этому относишься, ты агрессируешь, вечно недовольный, осуждаешь, делаешь плохие поступки, или ты говоришь — Господи, я благодарю тебя за все эти испытания, за то, что благодаря таким жестким людям и несправедливым ситуациям я стала сильнее, благодаря таким людям я поняла эти уроки жизни, и я прохожу эти кармические воплощения, которые не успела пройти в предыдущей жизни. Те события, которые постоянно повторяются для чего-то: ты обжегся с человеком на этой ситуации, со следующим человеком ты обжигаешься на такой же ситуации, то есть тебе даны какие-то кармические проработки, тебе свыше говорят — остановись, пойми, что ты делаешь не так, покопайся в себе, это же твой урок, это не тот плохой человек, который дал тебе эту неприятность или урок жизни, это ты что-то не так понимаешь. Поэтому поблагодари этого человека, прими его искренне, с благодарностью и иди дальше.

Алена Франц:

Многие этого не понимают, не слышат, одна и та же повторяющаяся ситуация — это знак.

Катя Лель:

Легче же обвинить других, это они делают проблемы, ты ни в чем не виноват. Поэтому начни с себя.

Алена Франц:

Как меня учили бабушка и мой отец, начни с себя, покопайся в себе, а потом уже можешь делать выводы о ком-либо. Какие семейные ценности прививались тебе, твоей сестре, кстати, вы очень похожи?

Катя Лель:

Мне кажется, мы были самые счастливые девчонки, которые росли в очень любящей семье, где царили понимание, любовь. Папа с мамой очень трепетно друг к другу относились, прожили 34 года душа в душу, любя друг друга. Мой папа воспитывал маму на одной улице, у них было 7 лет разницы. Когда мама родилась, папа ее нянчил, он был красивый, мастер спорта, все девчонки за ним бегали, а выбрал одну единственную, нянчил ее для себя. И когда мама закончила школу, он пришел к маминой маме и сказал: «Благословите нас, я люблю вашу дочь, мы хотим ехать на север зарабатывать. Не отпустите — так уедем». Бабушка их благословила, и они поехали создавать свою жизнь сами, так бы не дали жить, потому что всегда есть те, кто хочет вторгаться в твое личное пространство.

Алена Франц:

Особенно когда все хорошо. Какие традиции были у вас в семье, что самое яркое запомнилось?

Катя Лель:

Прежде всего уважение к себе и к этому миру. Мой папа всегда учил так — будет у тебя последняя денежка, отдай ее, поделись, и Бог тебе даст, никогда не жадничай. Я навсегда запомнила эти фразы, действительно очень важно уметь делиться с человеком, если кому-то плохо, обязательно помочь. То гостеприимство, которое царило в нашем доме, для меня всегда было эталоном, как нужно принимать гостей, все лучшее на стол, и душа всегда открыта, поэтому я очень благодарна своим родителям за то, что дали нам такое воспитание.

Алена Франц:

Сейчас не все люди дружелюбны, не все гостеприимны, но ты в свою семью это все перенесла.

Катя Лель:

Я часто себя останавливаю — тебя об этом просили? Зачем ты предлагаешь свою помощь? Причем ты помогаешь людям, тебя же еще или осуждают, или недовольны, что мало. И думаешь — зачем, тебя же не просили об этом. Живи спокойно во благо другим людям, но они же тебя не просили об этом. Ты не можешь себя на тысячи Кать распределить и всем помочь, это невозможно. Поэтому делай то, что тебе по силам, этому учит жизнь со временем, но я все равно такая, если меня внутри что-то беспокоит, я обязательно поделюсь с человеком и помогу.

Алена Франц:

Дочка Эмилия чем сейчас занимается, ты бы хотела, чтобы она прошла твой путь?

Катя Лель:

Нет, она заканчивает музыкальную школу с отличием, она большая молодец, и я ей сказала — это очень сложный путь, зачем тебе музыка. Я занималась по 6 часов, потому что была очень талантливой ученицей, и когда встал вопрос, что я буду пианисткой, я сказал нет, я буду певицей. Моя учитель сказала, что мы тебя исключим из школы, вызвали директора школы, и я сказала: «Исключайте. — Ты должна быть пианисткой, ты такая одаренная. — Я буду певицей, это дар, мой голос, я буду дарить людям песни, я буду делать их жизнь лучше, светлее». Почему-то в то время считалось, что жизнь артистки не очень нормальная, мне говорили, что у тебя не будет семьи, будет много поклонников, это ненормально, осуждение доисторическое. Все зависит от человека, что у него внутри, поэтому я этого не боюсь, и я хочу дарить людям свое тепло.

Естественно, меня не исключили, но пришлось понервничать. Отстаивание своей профессии было уже с самого детства, причем в детском садике музыкальный воспитатель говорила: «Ой, какая талантливая девочка, нужно обязательно продолжать ее поддерживать в музыке, она должна быть певицей, у нее есть все данные». Меня так любили воспитательницы, и когда всех укладывали спать, меня забирали и говорили: «Пойдем попьем чай со вкусняшками». У меня был рот до ушей, почему-то я могла в свои столь юные годы выслушать их любовные истории, ко мне относились на равных, маленький ребенок и воспитательница, она мне душу свою изливала.

Алена Франц:

Я уверена, что тебе нравилось общаться с более взрослыми.

Катя Лель:

Конечно, потому что я понимала их, я могла посоветовать что-то. Откуда это было в таком маленьком ребенке? Душа осознанная, я это только так понимаю.

Алена Франц:

Моя бабушка так определяла: по лицу интеллект, а когда человек открывает рот, уже понимаешь, либо он духовно богат, либо абсолютно беден. Катя Лель абсолютно духовно богатая и не только.

Катя Лель:

Я была бы астрологом или философом, если бы не была певицей. Просто люблю копаться в себе, что-то глубокое познавать, искать. Если с виду я могу быть очень жизнерадостной и легкой, то внутри я очень глубокая.

Алена Франц:

Нельзя хвалить себя, но мы похожи.

Катя Лель:

А почему нельзя себя хвалить? Наоборот, надо сказать, что я молодец. Каждая наша клеточка, душа обязательно требует того, чтобы мы поощряли себя и говорили — какая молодец, даже не подала виду и сделала нужное.

Алена Франц:

Колоссальный совет, берите на вооружение. Встреча с Айзеншписом отобразилась на творчестве либо на жизни?

Катя Лель:

Конечно, Юрий Айзеншпис был грандиозный человек в шоу-бизнесе в то время, лучший продюсер, у которого была очень сильная интуиция на коммерческую музыку, мне это слово очень не нравилось, резало слух — что значит коммерческая музыка, мы с ним постоянно на эту тему спорили. Когда нас познакомил Игорь Крутой у себя в кабинете, Юрий Шмильевич сказал: «Мне не нужны твои вокальные данные, твое образование, мне нужна та фишка в твоем голосе, которая будет тембрально сразу узнаваема», — а самое непростое найти свой тембр и свой стиль. Ты можешь подражать кому угодно, но ты же должен быть любим и считываем зрителем, слушателем по своему тембру, которым тебя Бог одарил. У каждого свой тембр, своя чистота голоса, именно она привлекает человеческое ухо. Сказал, что мы сделаем песню у лучших авторов того времени, это Владимир Матецкий и Александр Шаганов, эту песню я ждала долго, «Огни, огни, на небе огни».

Я заболеваю, причем так, что голоса нет вообще, температура, звонит Юрий Шмильевич, он всегда такой спокойный был, говорю, что заболела: «Не переживай, просто заедь в студию, я тебе покажу текст, послушай, написали же для тебя, мы так долго ждали». Я еду в студию, но я не ожидала, что может быть такое. Он мне дает текст: «Заходи в студию, становись к микрофончику». А у меня возмущение: я буду сейчас петь, он что, не понимает, что у меня температура, голос нулевой. И он говорит: «А ты просто от начала до конца спой, просто спой, как споешь». А у меня такое возмущение внутри, как у профессионального певца, петь с больными связками будет чревато последствиями, что это такое.

Откуда вдруг появился голос, и я поняла, что именно это он и возьмет. Вышла в таком состоянии, как будто тебя использовали, несправедливость прет изнутри: он коммерческий человек, ему только деньги нужны, он что, не понимает, что это твое здоровье, голосовые связки, очень нежные и трепетные. И он говорит: «Вот теперь это круто, мне не нужны твои крутые вокальные данные, мне нужна твоя хрипотца, это твоя узнаваемость». Конечно, я была шокирован этой историей, но я также четко поняла — тут выживает сильнейший, здесь нет человеческих переживаний или ожиданий, пока ты выздоровеешь. Ты есть, и ты будешь здесь и сейчас, нет — иди, это закон жанра. Ты должен быть в любых ситуациях в хорошем расположении духа, всегда здоров, всегда счастлив и открыт публике, что бы внутри у тебя ни было. Поэтому я своему коллективу всегда говорю — что бы ни было, мы работаем для людей, для их радости, все свое оставьте за кулисами, что вас беспокоит, что болит, мы на сцене для людей. Я очень благодарна Льву Валерьяновичу Лещенко, у которого я научилась этому. Когда я кроме своих сольных номеров пела и на бэке, он говорил: «Катя, тебе не западло еще на бэк-вокале мне помочь? — Ну что вы, я буду счастлива помочь вам и на бэк-вокале, и свои сольные номера исполнять в вашем концерте, я вам очень благодарна». И я видела, что без сна, холодный, голодный, неважно в каком состоянии он выходил эту сцену и целиком отдавал себя, и ни один человек не мог заподозрить, как ему это далось, что с ним происходило. Поэтому это великая сила, мастерство.

Алена Франц:

Ты оказалась в нужное время в нужном месте, плюс ко всему твоя гармоничность, целостность, характер и в окружении действительно мастеров. Я затрону небольшую нотку, но все же это имеет место быть. После расставания с первым супругом насколько было больно, обидно и насколько просто ничего не хотелось, потому что ты на какой-то период исчезла?

Катя Лель:

На большой период, я не была замужем за ним, у меня один брак, который длится вот уже 18 лет, в котором я родила дочь в любви и безумном счастье. И я благодарна Саше Волкову, светлая ему память, причем удивительно, когда жизнь зарождает в тебе одно, и только ты об этом знаешь, вдруг в этот же самый момент уходит Саша из жизни. Оглядываясь на все те годы очень сложных испытаний, запретов, уничтожений, стирания с земли и разных историй, которые происходили со мной от Саши, я и по сей день на центральных каналах закрыта в музыкальных программах благодаря ему, он просто взял с людей клятвы, чтобы меня там никогда не было, подарив одному что-то очень большое, ценное, другому часть бизнеса, третьему еще что-то, и все это знали, я самой последней об этом узнала.

Самое сложное было для меня это принять, поблагодарить и простить, потому что вдруг от тебя отвернулся весь мир, в котором ты жил, всем было запрещено со мной общаться, здороваться, потому что им говорили — у вас будут такие же проблемы, как у нее, если будете с ней общаться. Было страшно, потому что сила власти и сила денег колоссальна, ты есть сегодня, а завтра тебя нет, потому что есть заговор против тебя. Закроем ее, потом она приползет ко мне на коленях просить кусок хлеба. А этого не произошло и никогда бы не произошло, потому что есть сила духа женской души, справедливости, и у каждого она своя. Но мужчины не могли дооценить, что одна беззащитная девчонка не пойдет по этой игре и не придет на ковер, а пойдет по своей справедливости. Мне пришлось пройти этот путь, я признаюсь, прошло так много лет, я каждый день прорабатываю эту историю и благодарю каждого человека, кто имел к этому отношение, кто до сих пор закрывает. Я желаю ему здоровья, я прощаю его искренне и посылаю этому человеку прощение и благодарность, понимая, что иначе ты просто разрушишь себя, потому что твой мозг не может принять — почему, за что? За то, как мне сказал один человек, что была бы ты не такой хорошей, все было бы по-другому, и потому что ты такая порядочная и справедливая, получай. Очень многим это не дает покоя: почему она не играет по тем же правилам, которые кому-то интересны? И когда твоя душа сопротивляется, не предает себя, это не нравится очень многим, вызывает у людей сильный резонанс. Но я ни о чем не жалею, значит мне нужно было пройти этот путь.

Алена Франц:

Чем ты занималась в этот момент?

Катя Лель:

Не поверишь, ни на миг не останавливалась. Все двери были закрыты, я продолжала писать песни, продолжала находиться в творчестве, работать над собой.

Алена Франц:

То есть руки не опустились, чтобы сесть на стакан, как многие делают.

Катя Лель:

У меня не было сил даже дышать, потому что это было очень больно, было жутко несправедливо, это то, для чего тебя на эту землю прислали, и тебе не дают возможность выйти на любимую сцену. Настолько сильны грани твоего эго и внутреннего ощущения необходимости, что тебе нужно это сделать, ты же привыкаешь к обмену энергиями, своему любимому зрителю, слушателю, есть признание, любимые песни, и только благодаря народной любви я сегодня еще жива. Как бы не было сложно, они тебя любят, им все равно, что происходит в этом мире интриг и больших денег, большой власти, они просто тебя любят и хотят видеть, и я им очень благодарна за это.

Алена Франц:

Какой бы ты могла дать совет женщинам, семьям, которые воспитывают своих детей, что лучше воспитывать в ребенке, как воспитывать характер и как выжить в тяжелых моментах нашей жизни?

Катя Лель:

На опыте своей жизни могу сказать, что хочется всегда оставаться человеком, какие бы ситуации ни происходили, люди, которые бы вам делали много недоброго или жестокого, всегда надо оставаться собой в любой ситуации, со своим достоинством, честью, с высоко поднятой головой. Мне не стыдно за свои поступки, я могу посмотреть человеку в глаза, потому что понимаю — я хочу, чтобы люди относились ко мне так же, как я к ним отношусь. И если ты не продаешь свою душу, то Бог всегда с тобой.

Алена Франц:

Она мудрая, она искренняя. У нас в студии была Катюша Лель.

Катя Лель:

Всем желаю гармонии и душевного тепла. Друзья, люблю вас и благодарю.