Юлия Клоуда:

Добрый день! Меня зовут Юлия Клоуда. В эфире программа «Начни улыбаться». Традиционно мы заныриваем в тему стоматологии и пытаемся разобраться со всеми вопросами касательно той или иной услуги в стоматологии, ее стоимости и альтернативах решения. Я хотела бы вам напомнить, что у нас существует одноименный портал startsmile.ru, где вы также сможете найти ответы на все стоматологические вопросы и подобрать клинику, врача, ознакомиться с результатами всероссийского рейтинга частных стоматологических клиник, который мы делаем совместно с издательским домом «Коммерсант». Зачастую мы привыкаем к определенным вещам. Например, если коронка, то металлокерамика, если брекеты, то обязательно железные. И в этот эфир я пригласила замечательную гостью, врача с 18-летним стажем Елену Николаенко – это генеральный директор стоматологии «Лаки Смайл», врач, который умеет и активно использует в своей практике технологию CEREC по реставрации и восстановления зубов. Елена является прекрасным врачом, который умеет лечить корневые каналы с помощью микроскопа. То есть там, где в других клиниках вам скажут: «Это невозможно спасти», – Елена, Вы спасете?

Елена Николаенко:

По крайне мере, мы стараемся делать.

Юлия Клоуда:

Сегодня мы захотели разобрать тему CEREC и вопрос коронок. CEREC – считается, что это коронка раз и навсегда. Хотя я очень часто вижу в Интернете, как на наши статьи и посты в социальных сетях люди говорят: «Это развод, это нажива, какая разница, всегда делали, все хорошо держалось, так почему же мы должны сейчас переплачивать?» С этой целью я Вас пригласила, чтобы мы совместно разобрались и рассказали, в чем разница, и почему CEREC – это раз и навсегда. Что такое технология CEREC, когда, где она была изобретена? Потому что на всех сайтах мы слышим утверждение, что это технология будущего.

Елена Николаенко:

Эту технологию нельзя назвать технологией будущего, хотя она относится к цифровой стоматологии, а если рассматривать в том аспекте, что будущее за цифровой стоматологией, то да. Эта технология далеко не нова, ей около 50-ти лет. В 80-х годах прошлого века впервые была запатентована технология внутриорального сканирования, немецкие стоматологи совместно с инженерами впервые освоили и запатентовали технологию, когда происходит фотосъемка зубов, и в дальнейшем эта картинка выводится на монитор, и доктора стали обходиться без традиционных слепков. И в дальнейшем эта технология получила достаточно широкое распространение. На сегодняшний момент мы очень много пользуемся этой технологией.

Юлия Клоуда:

С какой целью изобреталась эта технология?

Елена Николаенко:

Я думаю, чтобы сократить время на изготовление той или иной конструкции, удешевить и повысить качество работы, потому что внутриротовое сканирование увеличивает в несколько раз (в 12 раз, если я не ошибаюсь) тот зуб, который мы видим, в результате чего мы видим малейшие нюансы, границы, анатомические особенности, благодаря чему точность данной работы увеличивается в несколько раз.

Юлия Клоуда:

Многим людям очень трудно делать слепки, у них идет рвотный рефлекс.

Елена Николаенко:

Для таких пациентов это выход, потому что маленький датчик камеры – это не сравнить с большой ложкой, которую мы должны засунуть в рот пациенту, это не идет ни в какие сравнения, маленький датчик камеры, которая просто фотографирует поверхность зубов с разных ракурсов.

Юлия Клоуда:

И это же все оперативно происходит.

Елена Николаенко:

Мы можем сделать ту или иную работу в одно посещение. С учетом того, что мы живем в мегаполисе, люди достаточно занятые, и ездить каждый раз в клинику к стоматологу не каждый может себе позволить. Тем более, клиника находится не рядом с домом и не рядом с местом работы, нужно выкраивать время. В данном случае мы можем сократить количество посещений до одного, то есть мы в один визит пациента в клинику можем ему сделать ортопедическую конструкцию. Конечно же, мы не можем говорить, что мы делаем эту конструкцию раз и навсегда, потому что нет ничего вечного. Но то, что данная конструкция делается на долгие-долгие годы, что она больше служит пациенту, по сравнению с композитной реставрацией, то это да.

Юлия Клоуда:

Какие основные конкуренты у нашей пломбы CEREC? Какие есть альтернативы у пациентов? Вы сказали, что это далеко не новое, 50 лет назад изобретено, но в России это когда стало появляться?

Елена Николаенко:

В России в 90-х годах, когда Советский Союз перестал существовать, и у нас больше стало поступать всего импортного, тогда уже стоматология получила свое распространение, такое развитие, потому что до этого мы пользовались материалами, которые изготовлялись в Советском Союзе. А в дальнейшем, когда поступил приток этих импортных материалов на наш рынок, мы могли уже спокойно работать и давать более качественную работу. Только мы должны понимать, что на сегодняшний момент у нас существует достаточно много очень хороших композитов, но для применения той или иной технологии есть определенные показания. И есть такие же показания, что в данном случае лучше сделать керамическую накладку (то, что называют керамической пломбой), либо же можем обойтись только постановкой композитной пломбы или реставрации. Нужно подходить к каждому конкретному случаю индивидуально.

Даже если пациент пришел по запросу на CEREC, я сама могу рассказать, что в данном случае мы спокойно можем обойтись композитной реставрацией. В некоторых случаях я настаиваю на том, что в данном случае мы должны сделать либо коронку, либо накладку, композитная реставрация здесь не подойдет ни при каких обстоятельствах.

Юлия Клоуда:

Если говорить по стоимости, она одинаковая на все манипуляции, или CEREC более дорогая?

Елена Николаенко:

CEREC более дорогая, но она дорога себестоимостью, длительней по времени, потому что когда ко мне приходит пациент, если я понимаю, что у него будет работа на CEREC, я ориентирую часа на 2-2,5, даже и 3. Не все это время человек будет сидеть в кресле, но находиться в клинике он должен примерно такое время, потому что чтобы качественно сделать работу, я не должна торопиться и должна качественно ее сделать. Понятно, что на реставрацию из композита я потрачу гораздо меньше времени, я сделаю это гораздо быстрее, потому что технология это позволяет, но и себестоимость данной технологии немножко поменьше, поэтому отсюда и разница в цене для пациента.

Юлия Клоуда:

Расскажите о преимуществах пломбы из CEREC.

Елена Николаенко:

Следует рассказать о всех тех преимуществах, которыми обладает керамика по сравнению с композитным материалом. Во-первых, это износостойкость, когда нет 50% поверхности зуба, то это прямые показания для керамической реставрации. То есть если зуб разрушен в пределах 50%, мы можем еще рекомендовать человеку поставить композитную реставрацию. Если это больше 50%, то здесь уже речь идет только о керамике.

Второе – где конкретно располагается та или иная полость, потому что керамика по сравнению с композитом полностью влагонепроницаемая, потому что композит все равно имеет поры, как бы мы его ни полировали, и он сорбирует на себя пищевые красители. Керамика абсолютно не сорбирует пищевые красители, и с течением времени она не меняет цвет в зависимости от композита. Также она непроницаема для слюны, влаги, она механически более прочная.

Юлия Клоуда:

Получается, что о реставрации композитным материалом не может идти речи, если мы говорим о том, что видно, то есть о фронтальных зубах?

Елена Николаенко:

Бывают совершенно разные случаи. Если ко мне приходит девушка, и у нее на передних зубах я вижу с одной стороны одна пломба, с другой стороны другая апломба, она периодически ходит и говорит: «Вы знаете, с периодичностью раз в год у меня что-то скалывается, я хожу, мне немножечко подделывают…» Но это фронтальная группа зубов, и эстетика здесь очень важна. В таком случае я с ней начинаю беседовать на предмет того, почему бы вам не сделать виниры, потому что это будет очень красиво и на достаточно долгое время. И здесь выигрыш идет со всех сторон, потому что для девушек обычно эстетика – это немаловажно. И рекомендуя пациентке делать керамические виниры, я избавляю ее от ежегодной поправки этой пломбы, то есть она сделала и забыла об этом.

Это ни в коем случае не говорит о том, что не нужно приходить к стоматологам на ежегодный осмотр. У нас в клинике приглашаем каждые полгода наших пациентов на бесплатную консультацию, бесплатный осмотр, где мы смотрим и просто даем рекомендации.

Юлия Клоуда:

Хорошо, что Вы еще раз обговорили это, а то могут подумать, что поставил виниры и на всю жизнь, виниры – это лишь эстетическое решение, за ними еще лучше надо ухаживать.

Елена Николаенко:

Некоторые пациенты считают, что если они поставят либо коронку, либо винир на зуб, то это уже следующий этап, и очень многим пациентам приходится объяснять, что каждый раз, когда вы меняете пломбу, вы стачиваете большее количество эмали и дентина, то есть ткани зуба, нежели если бы вы один раз поставили керамический винир, потому что под керамический винир обточка идет совершенно минимальная, и в данном случае мы сохраняем ткани зуба гораздо больше, нежели восстанавливаем их композитом.

Юлия Клоуда:

А что такое фарфоровые пломбы? Их действительно изготавливают из фарфора?

Елена Николаенко:

Под этим термином понимают накладки из керамики. В настоящее время очень много разновидностей керамики, начиная от гибридной керамики и керамики композита, заканчивая стеклокерамикой. В данном случае пациенты должны довериться своему доктору-стоматологу, с которым они работают, или той клинике, где они лечатся, потому что доктор посоветует, в зависимости от того или иного клинического случая, что больше человеку подойдет в данном случае, потому что существует очень много как разновидностей керамики, так, и показаний для ее применения.

Юлия Клоуда:

Ключевое – это надо найти своего доктора и полностью довериться ему. Но для тех, кто еще не нашел своего доктора, давайте поясним, почему фарфоровые (керамические) пломбы превосходят по качеству те же самые светоотверждаемые.

Елена Николаенко:

Когда-то это была фантастика, когда во времена советской стоматологии применяли материалы химического отверждения, когда их клали в полость, человек долго сидел с открытым ртом, ждал, пока эта пломба застынет. Потом ее немножко приводили в чувство (подполировали, лишнее убрали) и говорили: «Два часа не кушать». Потом, когда появились светоотверждаемые пломбы, очень много приходило пациентов, которые говорили: «Мы Вам доплатим деньги, только поставьте мне светоотверждаемую пломбу», – потому что это казалось панацеей, что если лампочкой посветить, то все будет хорошо, и это такая хорошая пломба, которую и не видно, и которая будет стоять чуть ли не пожизненно. Но стоматология шагает вперед, достаточно быстро развивается, поэтому сейчас у нас есть большой выбор, и светоотверждаемая пломба – это уже норма. Никто даже не вспомнит, что были когда-то пломбы химического отверждения.

Юлия Клоуда:

То есть фарфоровые значительно превосходят?

Елена Николаенко:

Да. Но есть определенные показания. Мы же не можем пользоваться одной керамикой. У нас же есть композиты, и стоматологи ими пользуются, и они не собираются уходить из нашей практики. Поэтому есть определенные показания для композитных реставраций, когда они будут лучше и предпочтительнее в применении, а есть случаи, когда будут лучше керамические или фарфоровые, но здесь правильнее называть их керамикой, а не фарфором.

Юлия Клоуда:

Как ухаживать за пломбами из CEREC, есть ли особая диета или особые рекомендации?

Елена Николаенко:

Я бы не отметила ничего сверхъестественного. Как я уже сказала, что керамика не подвергается воздействию пищевых красителей, она непроницаема для влаги, поэтому ограничений по питанию или диете нет.

Юлия Клоуда:

А в образе жизни? Удары сильные выдержит?

Елена Николаенко:

Если вдруг будет какая-то травма, то керамика может сколоться. Вопрос в том, что травма должна быть достаточно сильной. От этого никто не застрахован – ни композит, ни керамика, ни натуральный зуб, ни даже металлокерамика. О каком бы материале мы ни говорили, мы будем говорить о степени травмы. По питанию то же самое, человек ведет обычный образ жизни, он не переориентируется. Это не значит, что он должен с этой стороны жевать по-особенному, потому что у него здесь стоит коронка или накладка из керамики.

Юлия Клоуда:

Сейчас наконец-то вошло в норму, что у человека должны быть не только здоровые, но и красивые зубы. И мне хочется спросить про виниры из CEREC. Как эти высокие технологии помогают создавать виниры? И что нужно для реставрации с помощью CEREC?

Елена Николаенко:

В нашей клинике мы делаем достаточно часто керамические виниры. Но сразу же хочу оговориться, что если идет речь о том, что мы делаем виниры девушкам, здесь идет запрос на очень высокую степень эстетики. И керамические виниры мы делаем через лабораторию, то есть с участием техника, потому что малейшие анатомические особенности, передача цвета и другие нюансы техник всегда сделает гораздо лучше, чем фрезерный станок. Мы делаем виниры на CEREC, но на CEREC мы делаем виниры мужчинам более старшего возраста. Это связано с особенностями цвета, строения и структуры передних зубов. То есть что-то мы можем сделать с помощью CAD/CAM технологии (с помощью CEREC), чего-то мы сделать не можем, что-то приходится делать через лабораторию.

Юлия Клоуда:

Потому что CEREC делает однотонный?

Елена Николаенко:

Не всегда. CEREC технология заключается в том, что фрезерный станок из определенных заготовок вытачивает ту или иную конструкцию, которую мы ему задаем. И на сегодняшний день есть как монохромные блоки, так и полихромные блоки, которые содержат два и более цветов, то есть специально рассчитанные для изготовления виниров. Но анатомия человеческих зубов настолько вариабельна, что зачастую мы даже приглашаем периодически техника в клинику на прием, когда он смотрит вместе с доктором на пациентку или пациента, записывая и фиксируя все те анатомические особенности и особенности цвета, чтобы потом все это запечатлеть в определенной работе и сделать так, чтобы никто даже не догадался, что это не родное. Потому что задача стоматолога – сделать так, чтобы никто не догадался и не подумал, что у человека стоит винир, а не его здоровый родной зуб.

Юлия Клоуда:

Я тоже всегда техников сравниваю с художниками-ювелирами, потому что когда смотрю на работу ведущих топовых техников не только России, но и мира, реально никогда ты не отличишь – это настоящий зуб или сделанный.

Елена Николаенко:

Потому что мельчайшие анатомические особенности, фиссурки, бугорки они настолько вырисовывают – это должен быть определенный талант!

Юлия Клоуда:

Кто Ваши пациенты? Это в основном девушки, женщины, или мужчины в погоне за красотой тоже обращаются к Вам?

Елена Николаенко:

Среди пациентов женщин и девушек будет гораздо больше, но мужчин немало. В последнее время мужчины тоже достаточно требовательны, и они хотят не просто прийти полечиться, закрыть то или иное отверстие в зубе, а чтобы это было сделано красиво и быстро. Если женщина знает, что ей нужно пойти к стоматологу, то мужчинам сложно собраться и пойти. Как правило, мужчина приходит к доктору тогда, когда уже зуб болит несколько дней. Поэтому когда приходит мужчина, то значит здесь нужно сделать максимально безболезненно, быстро и красиво.

Юлия Клоуда:

Когда про мужчин я писала материал, брала исследования разных стран, и абсолютно везде написано, что мужчина ждет до последнего, когда уже боль, которую он не может терпеть второй день.

Елена Николаенко:

Во всех странах мужчины одинаковы!

Юлия Клоуда:

А женщины всегда следят за собой и приходят не только по острой нужде, но и в качестве профилактики. Но еще у мужчин и женщин разные понимания цвета, и CEREC может подойти для мужчин, но точно не для девушек. Получается, и требовательность у женского пола выше?

Елена Николаенко:

Да, гораздо выше, потому что здесь есть определенные анатомические особенности, и такая анатомическая особенность, как прозрачный режущий край у передних зубов. Как правило, это характерно для девушек, и это может очень красиво сделать зубной техник. На CEREC это немного сложновато. Мы пробовали, но все равно получается не то, поэтому мы рекомендуем нашим пациентам, что в данном случае мы можем сделать эту работу на CEREC, и это будет красиво и хорошо, а в данном случае лучше сделать через лабораторию.

Юлия Клоуда:

Работы клиники «Лаки Смайл» вы можете посмотреть на портале startsmile.ru и убедиться в том, что говорит Елена. Работы действительно красивые и натуральные. И никогда бы в жизни, не будучи врачом, пока не сели в кресло, не поняли бы, что и как. Но CEREC применяется не только в пломбах и винирах. Если отсутствует зуб, мы ставим имплантат, то на помощь тоже приходит CEREC. CEREC микропротезирование и имплантация – почему эта технология снижает риски для пациента?

Елена Николаенко:

Мы можем сделать чуть ли не в одно посещение. В момент установки импланта при показании для этого мы можем установить временную коронку, которую мы тут же вытачиваем. Мы установили имплант, через 2 часа зафиксируем на этот имплант коронку, которую мы можем выточить на CEREC.

Юлия Клоуда:

Но это будет временная коронка?

Елена Николаенко:

Это будет временная коронка из пластмассы, но данная пластмасса менее пористая по сравнению с той пластмассой, которую по стандартной схеме используют для временного протезирования. Она легче полируется, значит десна, которая должна сформироваться вокруг импланта, будет быстрее заживать и будет более красивая по итогу. Это первый плюс.

Второй плюс, что мы можем сделать на CEREC индивидуальный абатмент. Абатмент – это некое связующее звено между имплантом и коронкой. И если мы говорим о фронтальной группе зубов, если мы говорим о коронках из диоксида циркония, которые мы тоже, помимо керамики, можем сделать по технологии CAD/CAM или по технологии CEREC, то индивидуальный абатмент из диоксида циркония мы также можем выпилить на фрезерном станке и сделать это в максимально короткие сроки.

Юлия Клоуда:

А чем риски снижаются? Тем, что точность очень высокая?

Елена Николаенко:

Точность очень высокая, потому что камера, которая сканирует, увеличивает в 12 раз то, что мы видим во рту. И доктор на мониторе, во-первых, может повернуть эту 3D-модель и посмотреть ее с разных сторон. Во-вторых, он видит малейшие нюансы, границу, контур десны. Все это в дальнейшем отражается на качестве работы. И мы можем обойтись без силиконовых слепков, то есть мы сканируем камерой. И у нас эта конфигурация слизистой, конфигурация зуба или импланта – все переносится на монитор компьютера. Пациент сам может поучаствовать во всех этапах изготовления своего зуба: он может понаблюдать за любым этапом, высказать свои пожелания по форме, размеру, остроте или кривизне той или иной части этой коронки. Поэтому для пациентов это интересно.

Юлия Клоуда:

Как мы до этого жили без CEREC имплантации и микропротезирования? Что ставилось?

Елена Николаенко:

Если по тем или иным показаниям мы не можем сразу же поставить на имплант коронку (даже временно), мы брали у техников искусственный пластмассовый зуб, немножко его подгоняли под то, что нам нужно, приклеивали к двум соседним зубам. Сложности были в том, когда нет двух соседних зубов, это уже было гораздо сложнее, но как-то выходили из положения. Всегда идем навстречу пациенту, потому что в зависимости от той или иной ситуации всегда можно что-то придумать.

Юлия Клоуда:

Елена, спасибо большое, что сегодня пришли, что так откровенно с нами поговорили, рассказали о всех тонкостях работы. Мне бы очень хотелось, чтобы Вы дали пожелания, напутствия нашим пациентам, которые в поиске врача, клиники, в поисках решения своей проблемы. Очень часто я слышу от Ваших коллег: приходят пациенты и сами предлагают лечение доктору, рассказывают, что лучше, что хуже.

Елена Николаенко:

Бывает, потому что сейчас Интернет рулит, и зачастую пациенты приходят уже достаточно начитавшиеся по определенным моментам и спорят с доктором, но приходится объяснять. Мне кажется, с другой стороны, что люди имеют право знать. Если человек, не будучи специалистом в той или иной области, ему просто нужно объяснить: лучше сделать так и почему. Если доктор аргументирует свою позицию, то люди прислушиваются, потому что так же и я, обращаясь к любому другому специалисту, могу иметь свое представление на тот или иной аспект. Но если мне грамотно донесли, и я понимаю, что данный человек лучше меня в этом разбирается, я всегда доверяю.

Юлия Клоуда:

Согласитесь, что Интернет нам помогает избежать некоторых ошибок. И я считаю, что правильно люди ищут в Интернете, потому что можно вывести на чистую воду людей, которые занимаются стоматологией ради наживы, ради бизнеса, а не помощи людям. Если ты не можешь хорошо объяснить, значит какой ты доктор? Надо обязательно объяснять!

Елена Николаенко:

В наше время, помимо того, что ты должен как доктор что-то уметь делать руками, ты еще должен уметь общаться с человеком, слышать, что нужно человеку. Человек приходит: «У меня болит здесь зуб», – а мы понимаем, что будет все нормально и начинаем говорить совершенно о других проблемах, которые видим мы, не обращая внимания на то, что нам пациент пытается донести, наверное, здесь диалога и дальнейшей совместной работы не получится. То есть нужно слышать человека, который сидит у тебя в кресле.

Юлия Клоуда:

Спасибо Вам большое, Елена, за этот эфир. Нашим слушателям я пожелаю, во-первых, здоровья, во-вторых, найти того самого доктора, которому вы сможете доверить свое здоровье и здоровье своих зубов, и третье, продолжаете гулять по Интернету, искать информацию, и startsmile.ru вам в помощь.