Олег Дружбинский

- Привет, друзья! С вами радио «МедиаМетрикс». Ура! Ура!

Юлия Хандожко

- Добрый вечер.

Олег Дружбинский

- Добрый вечер. Привет, Юля.

Юлия Хандожко

- Привет.

Олег Дружбинский

- Юля Хандожко и Олег Дружбинский ведут (я перестаю гундосить и начинаю говорить внятно) с вами передачу «Всё за…»

Юлия Хандожко

- «Всё за лайки», Олег.

Олег Дружбинский

- Точно.

Юлия Хандожко

- Олег, «Всё за лайки». И как обычно начнём без всей этой лишней твоей «сотрясатины» или как это называется?

Олег Дружбинский

- «Тряхомондии». Я хотел обратить внимание наших уважаемых радиослушателей, что Юля – ярчайший представитель поколения двадцатилетних, именно они презирают духовные усилия. Внимание – очень любят потреблять, боятся палки и любят попсу.

Юлия Хандожко

- Мне кажется, Олег живёт в каком-то мире иллюзии, нет?

Олег Дружбинский

- Нет.

Юлия Хандожко

- Но просто всё, что ты сейчас сказал, очень спорно. Мы можем разобрать по пунктам.

Олег Дружбинский

- По порядку.

Юлия Хандожко

- Да, по порядку.

Олег Дружбинский

- Но не будем.

Юлия Хандожко

- Но не будем этого делать всё-таки.

Олег Дружбинский

- Будем разбирать, что там пишут в соцпостах.

Юлия Хандожко

- Да. Например, Анастасия Красильникова – заместитель главного редактора «Афиши». Я решила подобрать насущные темы.

Олег Дружбинский

- Давай.

Юлия Хандожко

- Не те темы, которые набрали 100-500 лайков на абсолютно тупые посты. Знаешь, там иногда выложит кто-нибудь селфи из спортзала. Я решила, что хватит это терпеть, пора уже брать нормальные темы.

Олег Дружбинский

- Точно.

Юлия Хандожко

- В общем, на улице жарко, Олег.

Олег Дружбинский

- Да ты что?

Юлия Хандожко

- Ты согласен со мной?

Олег Дружбинский

- Ладно, если тебе жарко, то хорошо.

Юлия Хандожко

- Но все почему-то ходят в пуховиках. Ты видел большое количество людей в пуховиках?

Олег Дружбинский

- Видел, видел. Не большое, но видел.

Юлия Хандожко

- И собственно, Анастасия об этом и пишет, о том, что в Москве уже вторую неделю стоит незаконная жара, что температурные рекорды давно избиты. «Но большая часть москвичей до сих пор не верит затянувшейся» - как Анастасия говорит: «метеорологической благодати. Они надевают на себя пуховики «Uniqlo», пакуют ноги в 20-деновые колготы, повязывают на шею платки, деловито стучат по жаре высокими сапогами. Как будто рядом с ними идут их невидимые бабушки, поговаривая: «Вечером похолодает и тебя обязательно продует, немедленно надень шапку». Так что никаких сомнений в том, что осень на нас вскоре наступит, всё же не остаётся, мы тут очень её ждём». Олег, ты ждёшь осень? Ты надеваешь шапку?

Олег Дружбинский

- Нет, я не надеваю шапку, потому что я езжу в машине. Осень я вообще не жду, осень в моей душе давно. Как писал когда-то Бабель: «Я сижу на ограде еврейского кладбища, на носу у меня очки, а в душе осень». Я её не жду эту осень, понимаешь? Не жду, ненавижу осень, я люблю раннюю весну, когда девушки только начинают что?

Юлия Хандожко

- Снимать с себя пуховики.

Олег Дружбинский

- Правильно, совершенно верно, садись «пять». Что ж молодец, зам. главного редактора «Афиши» возмущается недалекостью людей, а ей бы хотелось, конечно…

Юлия Хандожко

- Я вчера на самом деле тоже сидела на веранде вечером. Я поняла, что последние деньки, когда можно поесть на веранде в Москве. И я сижу и вижу, как мимо меня проходят четыре человека в пуховиках.

Олег Дружбинский

- Господи.

Юлия Хандожко

- Это как это? Я не понимаю этих людей.

Олег Дружбинский

- Ты знаешь, некоторые люди всё время пишут в соцсетях: «Кошмар, кошмар! Кровавый режим наступает, сейчас нас всех сожрут, мы все пропадём, умрём от голода».

Юлия Хандожко

- Вместо того чтобы снять пуховик и погулять-таки на улице, понимаешь? Эти последние выходные.

Олег Дружбинский

- Совершенно верно. Что они себя нагнетают, пугают и всё время переживают, что будет ужасно плохо? Люди, будет хорошо.

Юлия Хандожко

- Футляры на себя надевают, но это ладно, это уже какие-то более высокие темы.

Олег Дружбинский

- Это невысокие темы, это Чехов, но неважно. Продолжаем разговор. Люди, в общем, снимайте с себя, пока у вас есть такая возможность, попробуйте хотя бы. Давай дальше что-нибудь будем обзирать.

Юлия Хандожко

- Давай дальше. СММщик Алексей Гусь: «Если бы лет пятнадцать назад я увидел на балконе чувака с селфи-палкой, то подумал бы, что он ловит мегафон».

Олег Дружбинский

- Да, да, да. Это, кстати, действительно смешно. Господи, это бесконечное желание самолюбования с этой культурой селфи. Откуда оно вообще взялось? Вот ты, как ты о себе говоришь, Юленька, ты мастер спорта по селфи, для чего это тебе нужно? Почему ты это делаешь? Ну-ка отвечай.

Юлия Хандожко

- Я заполняю пустоту.

Олег Дружбинский

- Внутреннюю?

Юлия Хандожко

- Внутреннюю. То есть у меня прям чётко можно проследить…

Олег Дружбинский

- То есть это кричит твой вакуум внутренний?

Юлия Хандожко

- Когда мне скучно и грустно, я очень активна в социальных сетях. А когда мне не скучно и не грустно, я вообще ничего не публикую. Но для чего нужны селфи девочкам?

Олег Дружбинский

- Да, для чего же?

Юлия Хандожко

- Для того чтобы мальчики видели какие они красивые и не забывали об этом.

Олег Дружбинский

- Ох, ё! То есть это постоянная реклама себя?

Юлия Хандожко

- Это постоянная самореклама, абсолютно верно.

Олег Дружбинский

- А ты не думала над тем, что мальчик смотрит какая девочка красивая и думает: «Блин, какая она недоступная, страшно даже подойти».

Юлия Хандожко

- Слушай, а в жизни что?

Олег Дружбинский

- А в жизни? В жизни он не подойдёт к тебе, а пойдёт не к такой красивой как ты, а к какой-нибудь серой мышке.

Юлия Хандожко

- Ну и фиг с ним, с этим мальчиком, который боится к тебе подойти.

Олег Дружбинский

- А не боишься остаться, в общем, одинокой и постоянно постить свои фоточки?

Юлия Хандожко

- В смысле? Мне двадцать лет, Олег. Если бы мне сейчас было сорок, я бы продолжала постить свои фоточки.

Олег Дружбинский

- Сорокалетние тоже постят, знаешь, мама не горюй.

Юлия Хандожко

- ПостЯт или пОстят?

Олег Дружбинский

- ПОстят.

Юлия Хандожко

- Мне кажется постЯт – это что-то с Великим постом связанное, нет?

Олег Дружбинский

- Не придирайся, не придирайся. Я понял тебя, что ж СММщик, конечно, молодец. На него как-то реагируют все. Всем кажется, что шутка про селфи, это здорово.

Юлия Хандожко

- А ты когда-нибудь делал селфи с селфи-палкой?

Олег Дружбинский

- Делал, палки нет. Нет, никогда не делал и не уверен, что буду. Может, не стоит мне начинать, Юль, я же не девочка, зачем мне это всё? Я уже не молод, мне поздно менять ориентацию, понимаешь? Что если я буду щёлкать, придут какие-то мальчики на меня смотреть. Это, вообще, всё не моё.

Юлия Хандожко

- Почему? Это очень удобно. Я часто вижу у Красной площади, особенно туристов, когда они стоят, фотографии на селфи-палку, там больше всего можно вместить в неё.

Олег Дружбинский

- Здорово.

Юлия Хандожко

- То есть не только твоё лицо, но ещё и панораму.

Олег Дружбинский

- «На фоне Пушкина снимается Дантес в надежде, что пробудит интерес». Знаешь, такая частушка была? Это та самая история. Люди не позорьтесь, что вы при каждом удобном, неудобном случае себя фотографируете на фоне чего-либо. Как ни стыдно, это же пошло. Неужели это не чувствуют.

Юлия Хандожко

- Пошло себя фотографировать?

Олег Дружбинский

- Конечно. Пошло всё время оттопыриваться, пыжиться, доказывать, что: «Посмотрите, это я».

Юлия Хандожко

- Раз пошло, значит, мы все пошлые.

Олег Дружбинский

- Не надо обобщать. Некоторые пошлые, такие как ты…

Юлия Хандожко

- Наконец-то люди способны показать то, что они пошлые. Если они раньше все это скрывали…

Олег Дружбинский

- Это очень плохо. Очень плохо, потому что это бесконечная фотка выглядит так…

Юлия Хандожко

- Селфи тоже бывают разные.

Олег Дружбинский

- Дослушай меня, фотка выглядит так: слева стою красивый я, а справа на фотографии, извините, египетские пирамиды. Понимаешь, это так всё время выглядит, неужели ты не обращаешь на это внимания.

Юлия Хандожко

- А что плохого в красивом тебе и египетской пирамиде?

Олег Дружбинский

- Всё плохо. Во-первых, ты не красивый, а во-вторых, какое твоё дело до египетских пирамид.

Юлия Хандожко

- Это ты сейчас вспомнил.

Олег Дружбинский

- Они смотрели с печалью на нас, как на идиотов. И ты в очередной раз демонстрируешь им это. Не ай-яй-яй?

Юлия Хандожко

- Ты какой-то, я не знаю, пессимист, или, я не понимаю, ты как-то очень едко относишься ко всему.

Олег Дружбинский

- Нет, я хотел бы увидеть от героя даже масскультуры, вот как ты, позиционируешь себя в герои масскультуры. Я бы хотел увидеть действия, а не манифестации. Тебе понятны вообще все эти слова, нет?

Юлия Хандожко

- Да, понятны.

Олег Дружбинский

- Что такое?

Юлия Хандожко

Поясните.

Олег Дружбинский

- Вы только и можете манифестировать, вот в чём дело.

Юлия Хандожко

- То есть тебе нужен экшен?

Олег Дружбинский

- Экшен мне нужен. Вы можете максимум что сделать – это нарисовать плакат со словами «Да здравствует долой!» и с ним ходить.

Юлия Хандожко

- Селфи можем сделать, выложить можем.

Олег Дружбинский

- Вот именно. Да, выложить можете, абсолютно верно, выложите куда-нибудь уже, а лучше наложите. Хорошо, как там дальше?

Юлия Хандожко

- Ужас, ужас, ужас.

Олег Дружбинский

- Что у нас дальше? Не бойся.

Юлия Хандожко

- Лапук Мария.

Олег Дружбинский

- Это мы хорошо её знаем.

Юлия Хандожко

- Бывший пиар-менеджер «ФРИИ». Про «ФРИИ» тоже все знают.

Олег Дружбинский

- Она экс-менеджер.

Юлия Хандожко

- «Фонд развития интернет-инициатив».

Олег Дружбинский

- Она работала пиар-менеджером во «ФРИИ» и уволилась.

Юлия Хандожко

- Я и говорю: бывший пиар-менеджер.

Олег Дружбинский

- Правильно.

Юлия Хандожко

- Или мы теперь все должны на английский манер – экс-менеджер.

Олег Дружбинский

- Юля, не умничай, это вообще не твоё. Извини, конечно, но…

Юлия Хандожко

- Почему это? Подожди, стоп.

Олег Дружбинский

- Во-первых, это тебе не идёт.

Юлия Хандожко

- Ты отрицаешь моё право на то, чтобы выдавать хоть иногда, хоть в эти редкие моменты, какие-то умные фразы.

Олег Дружбинский

- У тебя есть право только прекрасно улыбаться, у тебя это отлично получается.

Юлия Хандожко

- Олег, это дискриминация.

Олег Дружбинский

- Нет, Юленька, это преференция у тебя такая, понимаешь? У тебя есть привилегия улыбаться, на любой вопрос ты можешь улыбнуться, а я нет.

Юлия Хандожко

- Хоть иногда я могу сказать что-нибудь умное?

Олег Дружбинский

- Пожалуйста. Скажи слово «демократия» не улыбаясь, у тебя отлично получится. Пока не получается, извини.

Юлия Хандожко

- Ладно.

Олег Дружбинский

- Я тоже не могу сказать слово «демократия» без улыбки. Ладно.

Юлия Хандожко

- Ладно, что же пишет Мария… Про демократию потом когда-нибудь поговорим с тобой. «Так странно, прихожу на деловую встречу с мужчиной, а в конце он предлагает заплатить за него, хотя час рассказывал о том, какой он успешный. Недавно мужчина сел за хвост в такси и умудрился даже чаевых не оставить водителю, не говорю даже про заплатить часть. Что происходит такое с этими людьми? Неужели и тут кризис?» - задаётся вопросом Мария.

Олег Дружбинский

- Это напрасно она совершенно обобщает. Просто есть девочки, которым не везёт, знаешь, вот это чистой воды. Такая девочка пришла, ей рассказывает мужчина какой он успешный, а потом платят пополам.

Юлия Хандожко

- Слушай, пополам это одно. А здесь соль-то в другом. Соль в том, что мужчина предложил заплатить за него.

Олег Дружбинский

- А, ещё лучше. То есть ей не то, что не везёт, ей просто как-то катастрофически не везёт.

Юлия Хандожко

- Это карма?

Олег Дружбинский

- Это карма. Это карма, а может быть и даже хуже. Ты знаешь, есть такой старый анекдот про Германа Сергеевича Клименко известного тебе.

Юлия Хандожко

- Сколько лет анекдоту?

Олег Дружбинский

- Анекдоту много и Герману Сергеевичу тоже, но анекдот ты сейчас поймешь, чем он тут связан. Сидит Герман Сергеевич и рассматривает большую такую стопку заявок на кредиты или там финансирование инвестиционное, вокруг него сидит правление. Они все что-то обсуждают, потом Герман Сергеевич берёт половину этой папки, раз и в урну выбрасывает. У него спрашивают: «Что же вы делаете, как же так можно?» Он говорит: «Будем считать, что им не повезло, а зачем нам неудачники?» И очень хороший возникает, совершенно простой…

Юлия Хандожко

- Как надменно со стороны Германа Сергеевича.

Олег Дружбинский

- Это я про него анекдот придумал, не придумал, а переделал, конечно, какой-то старый анекдот. Так вот, неудачники-то не нужны.

Юлия Хандожко

- Слушай, честно, прямо начистоту, у меня иногда тоже бывают такие случаи.

Олег Дружбинский

- Да ты что?

Юлия Хандожко

- Но я никогда не то, чтобы мне кто-то предлагал за человека заплатить, но периодически, не периодически, но мне кажется за последний месяц, может быть раза два такое было, не больше, но было.

Олег Дружбинский

- А ты ничего с мужчины за это не просила?

Юлия Хандожко

- В смысле?

Олег Дружбинский

- Мужчина говорит: «Ты не могла бы за меня заплатить за столик?». А ты ему скажешь: «Ты знаешь, что…»

Юлия Хандожко

- Нет, нет. Просто когда приносят счёт, человек говорит, что либо мы его разделим, то есть такой момент, либо нет. Но в принципе для меня не проблема, я всегда готова за себя заплатить.

Олег Дружбинский

- Зря.

Юлия Хандожко

- Да, я готова, но я предпочту этого не сделать, вот так.

Олег Дружбинский

- Понятно, не надо даже к этому быть готовым.

Юлия Хандожко

- Но если человек… Но для меня это просто сразу фильтр, в принципе. Я сразу понимаю, что мужчина какой-то «мужчинка».

Олег Дружбинский

- Если мужчина тебе говорит: «Давай разделим счёт». Ты посмотри на него и спроси: «Скажи, пожалуйста, а ты неудачник, да?» Просто спроси его так: «Ты как вообще дошёл до такой жизни?» Просто неудачникам не везёт…

Юлия Хандожко

- Я предпочитаю не обижать людей. Я как раз тот яркий представитель поколения «Z», я предпочитаю в ответ мило улыбнуться, про себя подумать, куда я отправляю этого человека, и просто больше с ним не видеться.

Олег Дружбинский

- Это понятно, но, тем не менее, ваше поколение «Z» хочет изменить мир к лучшему или нет?

Юлия Хандожко

- Наше поколение «Z» слишком эгоцентрично, чтобы менять весь мир к лучшему.

Олег Дружбинский

- Ой, ой, не говори этих слов. Послушай, это вообще не твоё. Не твоё, Юль, «эгоцентрично». Ты хоть знаешь, про что ты говоришь-то, господи? Ладно, поговорим про Лапук Марию. Давай, а как там комментируют у неё интересно, что ей пишут? Наверно, девочки пишут: «Да, сейчас все мужики такие негодяи, скотины. Мало того что они пополам просят заплатить счёт, и тут ещё за него заплати. Надо было ему сказать: «Пойди помой мне пол, тогда я за тебя заплачу»». Дичь обычно, нет?

Юлия Хандожко

- Пишет мужчина: «Если это деловая встреча, то пол того, кто не заплатил, не имеет значения. В таких случаях надо платить пополам или успешный угощает, если ему важно доказать, что он не нищеброд».

Олег Дружбинский

- Это катастрофа, конечно, это абсолютная катастрофа то, что существует в мужских мозгах.

Юлия Хандожко

- Подожди, в принципе, если это деловая встреча…

Олег Дружбинский

- Нет, нет, нет. Ты не путай. Понимаешь, как бы тебе сказать… Есть некие базовые вещи, на которых держится мир: о том, что мужчина был всегда охотником, а женщина добытчик. Но то, что мужчина всегда берёт на себя большую ответственность, и он должен считать себя сильнее. Неважно – это деловой партнер, это женщина, которая его старше, выше по социальному статусу, не имеет значения. Если человек сам себя уважает, мужчина я имею в виду, для него не может стоять этот вопрос – делить счёт пополам. Да, если мы там какие-то давние друзья, у меня вдруг случайно деньги кончились на карте, но это если близкий друг какой-то, и то это надо как-то компенсировать человеку, но это исключение.

Юлия Хандожко

- Слушай, мне кажется как раз, я не знаю, отрицательные стороны феминизма женского, нет?

Олег Дружбинский

- Совершенно верно.

Юлия Хандожко

- Такого.

Олег Дружбинский

- Совершенно верно. И потому что вы как раз, не ты, конечно, а феминистки, пропагандируете равные права и прочую какую-то чепуху. И это всё заканчивается, пожалуйста, тем, что Лапук Мария горько плачет и думает, что ей не везёт.

Юлия Хандожко

- Потом Ольга Дементьева пишет, что постоянно сталкивается на встречах с таким явлением. То есть это, видимо, часто происходит с женщинами. «Не кризис, система ценностей. Я не могу долго слушать как кто-то, независимо мужчина или женщина, рассказывает о своей успешности, сразу не жду ничего хорошего».

Олег Дружбинский

- Это уже другая история. Человек может рассказывать, может нет, вопрос-то в другом. Может он просто выпендривается, хлопает крыльями, потому что ему эта девочка нравится, такое тоже бывает.

Юлия Хандожко

- Ещё пишет человек, что на деловом обеде платит тот, кто приглашает. Вообще, в принципе, если открыть правила этикета, то если ты приглашаешь человека, не знаю, пообедать, поужинать, сходить куда-то поесть, то ты должен готов угостить его.

Олег Дружбинский

- Должен, должен быть готов, конечно, да. Но я буду стоять за консервативную модель поведения, при которой мужчина должен быть сильнее, умнее, ответственнее, успешнее, обеспеченнее женщины. И к женщине он должен относиться снисходительно.

Юлия Хандожко

- «Гей!» - пишет ещё один комментатор. Мария отвечает: «Ваще нет».

Олег Дружбинский

- Да? Может она не разобралась просто, так тоже бывает.

Юлия Хандожко

- Ладно, давай перейдём к чему-нибудь другому.

Олег Дружбинский

- Давай перейдём куда-нибудь, действительно. Переведи меня, если сможешь.

Юлия Хандожко

- Тебя перевести? Нет, я не по теме таких переводов.

Олег Дружбинский

- Да ты что?

Юлия Хандожко

- Да.

Олег Дружбинский

- Давай, что у нас там есть ещё какие-то новости в соцсетях или они уже все сгорели давно?

Юлия Хандожко

- Есть. Очень обсуждаемой темой в западных и российских СМИ, стала попытка шантажировать сорокатрехлетнего чешского хоккеиста – Яромира Ягра. Его фотографию, которую сделала вместе с ним в постели восемнадцатилетняя модель, пытались выложить в сеть.

Олег Дружбинский

- И выложили.

Юлия Хандожко

- Вернее пытались не выложить в сеть за деньги.

Юлия Хандожко

- Но хоккеист…

Олег Дружбинский

- А фотографию, я прослушал, я не понял, фотографию сделал кто? Он, модель или ещё кто-то?

Юлия Хандожко

- Модель, модель.

Олег Дружбинский

- А сама модель. Вот сучка.

Юлия Хандожко

- Он там спит, лежит, на подушке спит, а она показывает знак победы и шлёт всем поцелуйчики.

Олег Дружбинский

- «Я завалила свежака» - она радуется?

Юлия Хандожко

- Да, да, да. Типа того. Суть в том, что он сказал, что это его абсолютно не волнует.

Олег Дружбинский

- И выкладывайте. Денег я вам не дам.

Юлия Хандожко

- Выкладывайте, выкладывайте, собственно фотографию выложили, но на самом деле на ней абсолютно ничего криминального нет. Никакой цензуры не требуется, мне кажется, хоть…

Олег Дружбинский

- Но эту историю как-то все облайкали?

Юлия Хандожко

- Да, эту историю все облайкали, и начался флешмоб. Знаешь, как в девяностых, ой, не в девяностых, на прошлой неделе был флешмоб про девяностые, когда все выкладывали. Все стали выкладывать фотографии себя в постели с чем-нибудь и, посылая поцелуи, показывать этот знак. То есть люди, не знаю, фотографировались на фоне своих игрушек мягких или маленьких детей, или даже батареи, в общем, у кого какой партнер есть.

Олег Дружбинский

- А с девочками кто-нибудь выкладывал или с мальчиками, нет, не выкладывал?

Юлия Хандожко

- Нет. Мальчики с бутылками пива, с собачками. То есть видимо да.

Олег Дружбинский

- Это какой-то, я бы сказал, пресный очень какой-то флешмоб. Нет, чтобы показывать, кто с кем спит, это было бы прикольнее.

Юлия Хандожко

- Кто с кем спит?

Олег Дружбинский

- Да.

Юлия Хандожко

- Это уже, мне кажется, не знаю…

Олег Дружбинский

- Люди лежат в постели, понимаешь? Она спит, а он их обоих фотографирует или наоборот. Он спит, а она их обоих фотографирует, это же интересно. Кто с кем спит.

Юлия Хандожко

- Он спит, а она их, то есть третий должен фотографировать? Не могу понять.

Олег Дружбинский

- С палки-селфи можно щёлкать, ты же любишь с палки щёлкать?

Юлия Хандожко

- Так это то же самое, подожди, ты путаешь, ты не умеешь делать селфи, Олег. Подожди, у тебя какие-то проблемы.

Олег Дружбинский

- Какие проблемы?

Юлия Хандожко

- Давай ликвидируем твою безграмотность в этом плане. Берешь «iPhone» в руку, сам себя фоткаешь.

Олег Дружбинский

- Да ты что?

Юлия Хандожко

- Это селфи.

Олег Дружбинский

- Так.

Юлия Хандожко

- Девушка его сделала. Просто она его сделала так, что в кадр влез ещё и человек, который лежал рядом.

Олег Дружбинский

- Отлично, прекрасная новость.

Юлия Хандожко

- Да.

Олег Дружбинский

- Так и надо с человеком, что это с какими-то бутылочками, с мишками, с какой-то хренобенью фотографироваться.

Юлия Хандожко

- Тут смех был…

Олег Дружбинский

- Кто с кем спит.

Юлия Хандожко

- Кто с кем спит?

Олег Дружбинский

- Да, это интересно.

Юлия Хандожко

- То есть ты готов показать всем, с кем ты спишь?

Олег Дружбинский

- Я про себя вообще ничего не говорю. Про себя я ничего не говорю, я говорю про молодежь с красивыми юными телами, улыбками, поцелуйчиками, вот что, это интересно.

Юлия Хандожко

- Я считаю, что эту тему не стоит никогда распространять, особенно в социальной сети.

Олег Дружбинский

- Да ты что?

Юлия Хандожко

- Конечно.

Олег Дружбинский

- Почему? Если ты встречаешься.

Юлия Хандожко

- Мало ли с кем ты ещё потом захочешь спать.

Олег Дружбинский

- А там может быть какая-то фотография покрасивше, зато опять соревновательный дух возникает.

Юлия Хандожко

- Не знаю, не знаю. Я считаю, что всё-таки…

Олег Дружбинский

- Если ты встречалась с молодым человеком, например, год или два, странно не догадаться, что, наверно, вы занимался любовью в постели. Например, так долго.

Юлия Хандожко

- Да, но необязательно всем показывать это.

Олег Дружбинский

- Не любовь, просто вы лежите в постели под простынкой, что тут такого-то?

Юлия Хандожко

- Я вообще просто за то, чтобы никак не освящать это в соцсетях, вообще никогда ничего подобного не выкладывать. Это лично моя позиция, то есть никаких подарков, никаких цветов, никаких мальчиков, ничего абсолютно.

Олег Дружбинский

- Никогда не думал, что в тебе есть установки монашки такой.

Юлия Хандожко

- Нет, это не установки монашки, это моя позиция.

Олег Дружбинский

- А позиция откуда у тебя взялась?

Юлия Хандожко

- Я не хочу, чтобы кто-то знал о том, с кем я общаюсь, встречаюсь.

Олег Дружбинский

- Ты скрытная. У тебя паранойя, я понял.

Юлия Хандожко

- Нет, я не скрытная, у меня не паранойя. Я показываю людям очень много всего, но мне кажется, что личная жизнь, должна быть личная.

Олег Дружбинский

- Хорошо, спасибо.

Юлия Хандожко

- Вот прям твоя, чтобы никто не обсуждал её.

Олег Дружбинский

- Я тебя всячески, кстати, поддерживаю.

Юлия Хандожко

- Чтобы никто её не осуждал, не лайкал, не комментировал.

Олег Дружбинский

- Хватит жить в стеклянном туалете, давайте затянем шторки. Правильно?

Юлия Хандожко

- Да.

Олег Дружбинский

- Отлично.

Юлия Хандожко

- Такой у меня каминг-аут сейчас произошёл внезапно.

Олег Дружбинский

- Это ты сама, извини, я ничего тебе не говорил.

Юлия Хандожко

- А я что?

Олег Дружбинский

- Ну что? Что-нибудь есть у нас ещё такого интересного и нового?

Юлия Хандожко

- Конечно, есть.

Олег Дружбинский

- Давай.

Юлия Хандожко

- Пользователь «Facebook» Гоша Калужский.

Олег Дружбинский

- Опять он в «Facebook».

Юлия Хандожко

- Расскажи про него, кто это? Я просто не знаю. Я вижу, что у него много тысяч друзей, я такая двадцатилетняя, знаешь, не в теме.

Олег Дружбинский

- Ты что, Гоша Калужский, это же ого-го, это известная фигура. Ты ещё молода слишком, я не буду приводить факты из его биографии, боясь разрушить твой целомудренный взгляд на мир.

Юлия Хандожко

- Но кто это? Чем он занимается?

Олег Дружбинский

- Ладно, ладно. Я шучу.

Юлия Хандожко

- Я может кого-то важного не знаю, иногда бывает, что этот человек какой-то, не знаю, у нас…

Олег Дружбинский

- Он не такой. То, что ты сейчас говоришь, это всё не то. Ты лучше прочитай, что там за пост.

Юлия Хандожко

- Я забиваю в «Google», он ничего не находит.

Олег Дружбинский

- Правильно.

Юлия Хандожко

- Потому что я уже подумала, что вдруг это кто-нибудь из Кабинета министров, а я не знаю.

Олег Дружбинский

- Я напишу в «Google» и тебя там разбанят, Юлечка, не волнуйся, всё будет хорошо. Ты лучше про пост скажи, что он там написал такого в этой соцсети.

Юлия Хандожко

- «Яндекс» ещё есть поиск.

Олег Дружбинский

- Да ладно. Слушай, ты мне делаешь сейчас откровения.

Юлия Хандожко

- Ты просто так всегда на этот «Google», я не знаю, и на меня, и на все эти баны, так наезжаешь.

Олег Дружбинский

- Хватит путать.

Юлия Хандожко

- Я могу другим пользоваться.

Олег Дружбинский

- Хватит путать, хватит путать причину и следствие. Особенно, кстати, хватит путать следствие, как говорят в следственном комитете.

Юлия Хандожко

- В смысле? Олег, ты двадцать минут назад говорил, что мне можно просто улыбаться.

Олег Дружбинский

- Но ты же не улыбаешься, ты всё время трепешься.

Юлия Хандожко

- Мне кажется, это позволяет мне путать и причину, и следствие.

Олег Дружбинский

- И особенно следствие.

Юлия Хандожко

- И всё, что можно.

Олег Дружбинский

- Понятно, ты про пост скажи что-нибудь.

Юлия Хандожко

- Да. «Не горбись», но я его зачитаю, потому что он важен для понимания.

Олег Дружбинский

- Давай.

Юлия Хандожко

- «Не горбись» - сказала она ему вместо приветствия, когда он встретил её на вокзале. «Ты, наверное, устала, хочешь кофе?» - предложил он, открывая ей дверь в модную кофейню. «Нет, я сыта» - ответила она и заказала все самые сложные блюда в меню. «Ой, у тебя прыщик на подбородке!» - воскликнула она, когда принесли горячее. «Чтобы я ещё хоть раз» - думал он, высаживая её у метро. «Какие же они мутные и на понтах эти москвичи» - думала она, доставая из сумочки бутерброд с колбасой и термос.

Олег Дружбинский

- Ай-ай, я чувствую, как в тебе сейчас загорелось противоречивое желание быть и мамкой, и дочкой своему мужчине, правда?

Юлия Хандожко

- Ты путаешь причину и следствие или как мне нужно сейчас ответить?

Олег Дружбинский

- Юля, тебе не надо отвечать.

Юлия Хандожко

- Ничего у меня не загорелось.

Олег Дружбинский

- По радио можно только улыбаться, тебя всё равно никто не видит. Ладно, хорошо.

Юлия Хандожко

- Скоро, я надеюсь, наконец-таки уже настроят трансляцию.

Олег Дружбинский

- Да, у нас тут вокруг всё время ходят с трансляциями. Открываем небольшую тайну, разные специалисты тоже улыбаются на всякие глупости, которые Юля говорит. Скажи ещё что-нибудь.

Юлия Хандожко

- Что значит – «на всякие глупости, которые Юля говорит?»

Олег Дружбинский

- Скажи, скажи ещё что-нибудь.

Юлия Хандожко

- Давай обсуждать пост.

Олег Дружбинский

- Давай, твой текст.

Юлия Хандожко

- Я его зачитала.

Олег Дружбинский

- Хорошо.

Юлия Хандожко

- Теперь ты должен что-нибудь сказать, а я тебе потом что-нибудь в ответ. Говори.

Олег Дружбинский

- Ага, Юленька, это полная дичь, высосанная из пальца или ещё откуда-то похуже, я извиняюсь, что я тебе скажу. Это – не пост, а полная дичь!

Юлия Хандожко

- Почему лайкают?

Олег Дружбинский

- Как тебе сказать. Люди очень любят пошлость, глупость и эффектность, ты, кстати, яркий пример поведения.

Юлия Хандожко

- То есть я пошлость…

Олег Дружбинский

- Нет, любишь.

Юлия Хандожко

- Я есть пошлость, я есть глупость, я есть что? Эффектность?

Олег Дружбинский

- Да. Конечно.

Юлия Хандожко

- Как мне теперь с этим жить, Олег?

Олег Дружбинский

- Нет, Юленька…

Юлия Хандожко

- Ты только что нанёс мне тяжелую моральную травму прямо в эфире, будут слушатели свидетелями.

Олег Дружбинский

- Извини, пожалуйста. Ты же только что мне доказывала, что это прекрасно делать селфи на фоне пирамид.

Юлия Хандожко

- Я не говорила, что это прекрасно. Я говорила, что в этом абсолютно нет ничего криминального.

Олег Дружбинский

- Криминального нет, я говорил о…

Юлия Хандожко

- А делать можно, даже медведи фоткаются на фоне пирамид.

Олег Дружбинский

- Для тебя это образец вкуса, что ли? Сейчас ты привела, я так понимаю.

Юлия Хандожко

- Вот, чтобы тебе стало неловко.

Олег Дружбинский

- Юля, что ты за аргументы-то приводишь? Как тебе не ай-яй-яй?

Юлия Хандожко

- Вообще, не ай-яй-яй.

Олег Дружбинский

- Вообще…

Юлия Хандожко

- Так что там насчёт моих личных травм, нанесенных тобою?

Олег Дружбинский

- Дело в том, что никаких травм я тебе не нанёс. Я просто констатировал факт о том, что ты мила, необыкновенно жива, у тебя прекрасная улыбка.

Юлия Хандожко

- А что там было насчет этой глупости, пошлости?

Олег Дружбинский

- Это в этом твоё очарование. Может быть, это и есть твои главные козыри.

Юлия Хандожко

- Я буду жаловаться на тебя. Я буду жаловаться.

Олег Дружбинский

- Можете жаловАться.

Юлия Хандожко

- Потому что ты меня обижаешь.

Олег Дружбинский

- Нет, я тебя не обижаю, боже упаси. Мне просто кажется, что желание женщины быть умненькой, её совсем не красит. И об этом этот как раз пост, понимаешь? Потому что она придирается к своему мужчине и говорит ему: «Не горбись. Сделай то, сделай сё. У тебя прыщик на носу. Как ты себя ведёшь? Ты же образец».

Юлия Хандожко

- Слушай, но, по-моему, это ни разу не…

Олег Дружбинский

- Это пошло и глупо.

Юлия Хандожко

- Фразы, которыми девушка пытается показать, что она умная. Нет?

Олег Дружбинский

- Да нет, дело в том, что девушки вообще странно воспринимают понятие ума. Для них понятие ума – это понятие рефлексии. Они всё время стараются обдумывать, всё ли они сделали хорошо или не очень, под этим они и подразумевают ум. Что вообще не имеет к этому никакого отношения.

Юлия Хандожко

- Не нравится мне, что ты говоришь, Олег.

Олег Дружбинский

- А это правда.

Юлия Хандожко

- Абсолютно мне не нравится.

Олег Дружбинский

- Горькая правда, которая не нравится.

Юлия Хандожко

- Но ничего не могу поделать с этим, понимаешь? Не словом, не вообще никак не могу тебе ответить.

Олег Дружбинский

- Юленька, ты можешь только улыбаться, у тебя это главное оружие. Я тебе говорил это многократно сегодня. Ты если не можешь это запомнить, просто запиши. Потом где-нибудь прочитаешь и вспомнишь.

Юлия Хандожко

- Мне кажется, у меня получается непроизвольно, Олег, без твоих напоминаний.

Олег Дружбинский

- Сейчас хорошо, сейчас у тебя получается хорошо. Ты всё время говоришь на улыбке – это тебя очень красит.

Юлия Хандожко

- Окей.

Олег Дружбинский

- Окей. Хорошо. Что у нас дальше? У нас есть ещё какие-то посты или пора уже на коврик хелять.

Юлия Хандожко

- Да есть. Нет, мы ещё можем поболтать пару минут, я могу поулыбаться, ты можешь потерпеть.

Олег Дружбинский

- Да я восхищаюсь твоей улыбкой, что мне её терпеть. Улыбка у тебя шикарная. Шикардос!

Юлия Хандожко

- Подлиза, ты Олег.

Олег Дружбинский

- Ошибаешься глубоко.

Юлия Хандожко

- Да, ладно. В общем, ты там планируешь покупать себе новый «iPhone»?

Олег Дружбинский

- Да нет, не планирую.

Юлия Хандожко

- Почему?

Олег Дружбинский

- Да я и этот-то недавно купил. В смысле, там полгода или год назад, шестёрку.

Юлия Хандожко

- А как же быть самым модным, быть в тренде?

Олег Дружбинский

- Ты знаешь, дело в том, что модно то, что я ношу.

Юлия Хандожко

- Это кто так решил?

Олег Дружбинский

- Это я так решил, это я так решил.

Юлия Хандожко

- Сам себе мода или что?

Олег Дружбинский

- Да, я сам себе мода, мода то, что я ношу.

Юлия Хандожко

- Fashion House Олега Дружбинского.

Олег Дружбинский

- Модно то, на чём я езжу, модны те предметы, которые я ношу. Для меня бренд совершенно ничего не значит. Я же не билборд, чтобы на себе писать «Adidas», понимаешь? И показывать, что у меня есть какая-то торговая марка, которую я на себе ношу. Мне кажется, это тоже признак пошлости, понимаешь, Юленька? И поэтому я покупаю себе телефон «iPhone», потому что он мне подходит, не потому, что это «iPhone».

Юлия Хандожко

- Ясно. В общем, с тобой, в принципе, многие люди согласятся, потому что стали все писать в социальных сетях о том, что отчаянно глючит новая операционная система «Apple». И даже главный русскоязычный евангелист… Кстати, меня так бесит почему их евангелистами называют всех этих проповедников?

Олег Дружбинский

- Это английское слово, забываю.

Юлия Хандожко

- Это, по-моему, так жутко, когда компания ищет себе евангелиста, я каждый раз смотрю и думаю: «Блин, ребята, вы чего?»

Олег Дружбинский

- Не писать же проповедника, что им писать-то ещё тогда, понимаешь? Что им писать?

Юлия Хандожко

- Популяризатор, не знаю, мне кажется…

Олег Дружбинский

- Популяризатор, ты представляешь, над этим словом будут смеяться.

Юлия Хандожко

- Мне кажется если сесть и подумать отдельно над этим.

Олег Дружбинский

- Это если чем подумать есть. А если нечем?

Юлия Хандожко

- Слушай, в мире так много людей, которые могут не только улыбаться, Олег, я-то понимаю, что ты сейчас всё…

Олег Дружбинский

- Да ты что?

Юлия Хандожко

- Да, поэтому я думаю, они могли бы подумать. Могли бы подумать?

Олег Дружбинский

- Могли бы, если было бы чем, ещё раз повторюсь, но пока нечем.

Юлия Хандожко

- Ты-то хоть подумай, у тебя…

Олег Дружбинский

- Я не хочу думать. Зачем мне об этом думать?

Юлия Хандожко

- Но и улыбаться-то у тебя не получается.

Олег Дружбинский

- Нет, получается, просто не так, как у тебя хорошо.

Юлия Хандожко

- Ладно, в общем, даже этот главный русскоязычный ева…, простите, сейчас стал нередко отзываться о продуктах компании прохладно и писать о том, что они очень нелогичные, что они делают.

Олег Дружбинский

- Я думаю, что они просто мало проплачивают ему, может быть в этом дело. Раньше платили получше, он повеселее отзывался. Знаешь, евангелисты они очень редко работают бесплатно.

Юлия Хандожко

- Это понятно.

Олег Дружбинский

- Я ни одного не знаю, в общем, евангелиста бесплатно работающего, представляешь? Бизнес такой.

Юлия Хандожко

- То есть ты хочешь сказать, что ему просто перестали платить?

Олег Дружбинский

- Может быть, ему и немного платят, но на самом деле: «Что это так?» Если ему платили, платили и всё ему хорошо было, то он что-то ругал поменьше, что-то побольше хвалил. Если там откуда-то источник ему перекрыли, то теперь он поменьше хвалит, побольше ругает. Обычное дело житейское.

Юлия Хандожко

- Но, в общем, все просто на самом деле взорвались после его твита: «В «Apple» не хватает человека, который бы вставал на совещаниях и такой: «Ребята, всё офигенно! Но за пределами Купертино не работает». И потом он добавляет: «Если года полтора назад наметилась странная тенденция, то сейчас «iPhone» в Москве и Сан-Франциско – это вообще два разных устройства».

Олег Дружбинский

- Не знаю, я не думаю, что это так, во-первых. Я не знаю, я не ставил себе последнюю операционку «Apple», как-то что-то у меня не было настроения её качать. Да и, в общем, меня устраивает всё, что работает, понимаешь? Может, иногда не надо улучшать. А то начнёшь девушку улучшать, улучшать, она немедленно возомнит и перестанет с тобой дружить, понимаешь? Это про то же.

Юлия Хандожко

- То есть ты считаешь, что «iPhone» и девушка – это равнозначные понятия в жизни мужчины?

Олег Дружбинский

- Естественно, конечно, абсолютно.

Юлия Хандожко

- Олег, ты себя слышишь или нет?

Олег Дружбинский

- Конечно, слышу, абсолютно. Я считаю, что к «iPhone» и девушке надо относиться, если честно, никого не обманывать, обычным потребительским образом. Это самое правильное отношение.

Юлия Хандожко

- Это кощунственно, Олег.

Олег Дружбинский

- Да ты что? Да ты что?

Юлия Хандожко

- Конечно. То есть «iPhone» разбился или утонул, пошёл купил новый или как?

Олег Дружбинский

- Да. А что, по-твоему, надо сделать? Заколоться ножиком, что ли, теперь или ножницами на кухне?

Юлия Хандожко

- А как же семейные ценности, я не знаю, любовь?

Олег Дружбинский

- Причём тут это? Я про девушку говорил. Причём тут семейные ценности?

Юлия Хандожко

- Но девушка – это же будущая жена, наверно.

Олег Дружбинский

- С чего ты взяла?

Юлия Хандожко

- Или семья.

Олег Дружбинский

- Ты не путай. Ты опять всё путаешь, господи.

Юлия Хандожко

- Я ничего не путаю, я пытаюсь добраться до сути. А ты пытаешься меня запутать, как обычно, поэтому давай по полочкам раскладывай.

Олег Дружбинский

- Первая полочка, самая главная тайна мира, моя миленькая Юля, в том, что сути нет.

Юлия Хандожко

- Что есть?

Олег Дружбинский

- Ты просто ещё раз запомни это.

Юлия Хандожко

- Хорошо, хорошо, ты говори, я буду задавать тебе дурацкие вопросы, на которые тебе тоже придётся отвечать, потому что фразы твои не менее дурацкие. Что есть суть?

Олег Дружбинский

- Юля, ещё раз.

Юлия Хандожко

- Сути нет, что тогда есть?

Олег Дружбинский

- Сути есть, есть. Что есть? Несмотря на заверение Пушкина, покоя и воли тоже ни хрена нет, понимаешь? Он говорил, что на свете счастья нет, но есть покой и воля.

Юлия Хандожко

- Олег, не уходи от ответа на вопрос.

Олег Дружбинский

- Я не ухожу, я сейчас тебе отвечу.

Юлия Хандожко

- Ты продолжаешь рассказывать чего нет.

Олег Дружбинский

- Покоя и воли тоже нет. А вот есть одно, это наказание за первородный грех. Имя ему родители. Юля опять зависла, это очень сложно для тебя. Ладно.

Юлия Хандожко

- Ты объясни проще. Ты же знаешь, что…

Олег Дружбинский

- Проще. Ты же, знаешь, у нас есть какие-то обязательства перед разными людьми. Да, это мы собственно их и выполняем. Это и есть какая-то суть, цепочка нашего мира. Я не думаю, что это всё интересно кому-то, что я рассказываю.

Юлия Хандожко

- Нет, нет, нет. Рассказывай давай.

Олег Дружбинский

- Моя философия. Паузу держу эфира, что ли? Дорогие друзья, этим маленьким бокалом, но с большим чувством…

Юлия Хандожко

- Олег, не уходи от темы, пожалуйста. Давай мы хоть раз…

Олег Дружбинский

- Почему уходить? Юля, сути нет.

Юлия Хандожко

- Давай мы хоть раз тебя разоблачим.

Олег Дружбинский

- Россию продали, остался труд по три копейки.

Юлия Хандожко

- Причём здесь Россия? Причём здесь труд? Мы говорили про отношения к телефонам и к девушкам. И ты сейчас берёшь и опять соскакиваешь с темы.

Олег Дружбинский

- А чем?

Юлия Хандожко

- Олег, тебе не стыдно, сидя передо мной, такое…

Олег Дружбинский

- А чем, по-твоему, телефон лучше девушки? Чем телефон лучше девушки?

Юлия Хандожко

- Телефон ничем не лучше девушки, девушка в сто раз лучше телефона.

Олег Дружбинский

- Да ты что? А что ж она такое умеет делать, ну-ка давай об этом…

Юлия Хандожко

- Готовить, убирать, стирать – «iPhone» не умеет.

Олег Дружбинский

- Вообще готовят неплохо в ресторане.

Юлия Хандожко

- Поддержать в трудную минуту.

Олег Дружбинский

- Убирают уборщицы.

Юлия Хандожко

- Ты видел, как «Сири» жутко отвечает? Она никогда не может поддержать с тобой разговор на душевную тему.

Олег Дружбинский

- Я не беседую с «Сири», я же не сумасшедший. Что, я совсем с ума сошёл?

Юлия Хандожко

- В том-то и суть, а с девушкой можно.

Олег Дружбинский

- С девушкой можно, да.

Юлия Хандожко

- Ну вот.

Олег Дружбинский

- Но тем не менее.

Юлия Хандожко

- Девушка лучше.

Олег Дружбинский

- Девушка умеет звонить, она умеет меня развлекать так, как я хочу, например, играми и приложениями? Девушка поддерживает соцсети в моём телефоне и позволяет мне коммуницироваться со всем миром?

Юлия Хандожко

- Олег, ты несёшь опять какой-то бред.

Олег Дружбинский

- Нет, подожди секунду, девушка устанавливает банковские приложения в моём «iPhone», и она контролирует мои финансы, да? Я, думаешь, так настолько девушке доверяю? О-о, это не так.

Юлия Хандожко

- Мне кажется, что ты сравниваешь то, что нельзя ни при каких обстоятельствах сравнивать.

Олег Дружбинский

- Да ты что? Чем же? Почему же?

Юлия Хандожко

- Но потому что у девушки…

Олег Дружбинский

- «iPhone» и девушка, допустим, я не про себя, а вообще…

Юлия Хандожко

- У девушки… Ладно опустимся на этот твой низкий, я не знаю, противный уровень.

Олег Дружбинский

- Я не знаю про что ты, но допустим.

Юлия Хандожко

- Про тебя, Олег.

Олег Дружбинский

- Про меня. Хорошо, давай.

Юлия Хандожко

- И попытаемся определить функции в жизни мужчины: функции девушки и функции «iPhone».

Олег Дружбинский

- Допустим.

Юлия Хандожко

- Это абсолютно разные функции.

Олег Дружбинский

- Да ты что? Какие же? В чём их разность?

Юлия Хандожко

- В смысле? Хорошо для чего тебе «iPhone»? Для того чтобы звонить?

Олег Дружбинский

- Да что ж ты всё, послушай.

Юлия Хандожко

- Хорошо. «iPhone», чтобы звонить, отправлять сообщения, коммуницировать со своими коллегами, вообще с миром вокруг, так?

Олег Дружбинский

- Да.

Юлия Хандожко

- Девушка…

Олег Дружбинский

- Для чего?

Юлия Хандожко

- Для того чтобы получать удовольствие.

Олег Дружбинский

- И всё.

Юлия Хандожко

- В принципе, да.

Олег Дружбинский

- Вот! И теперь «iPhone» мне доставляет удовольствие и решает массу…

Юлия Хандожко

- От чего? Оттого, что ты коммуницируешь с коллегами, Олег?

Олег Дружбинский

- В том числе.

Юлия Хандожко

- Не надо, не надо. Посмотри на свой уставший вид в конце рабочей недели.

Олег Дружбинский

- Спасибо тебе, спасибо. Я тебе мог бы чем-то отпарировать, но мы что-то перешли к обсуждениям моей скромной персоны, вряд ли кому-то интересно. Давай мы лучше поговорим ещё немножко про соцсети и попрощаемся уже, в конце концов, ты меня уже совершенно заморила. А про девушек, «iPhone» и их сравнение, думаю, у тебя будет самое время написать статью – «Чем девушка лучше «iPhone»?» Хорошее название, скажи.

Юлия Хандожко

- Чем девушка лучше «iPhone»? Слушай, я никого не собираюсь убеждать в том, что я лучше «iPhone».

Олег Дружбинский

- А ты призывай к этому.

Юлия Хандожко

- Зачем? Я буду тогда, как вся остальная стая этих сумасшедших баб, у которых нет мужиков, и которые поэтому брызжут постоянно какой-то ерундой в соцсетях, так я это описываю.

Олег Дружбинский

- Понятно. А ты не брызжи. Ты разбери по порядку.

Юлия Хандожко

- Научную работу написать?

Олег Дружбинский

- Напиши: «Я девушка, я лучше «iPhone»».

Юлия Хандожко

- Покупайте меня, а не «iPhone»? Но это тоже тогда странно.

Олег Дружбинский

- Нет, не надо «покупайте» - берегите меня. Вы можете «iPhone» уронить, он треснет. А если вы меня уроните, я к вам не вернусь. Вам будет очень одиноко холодными зимними наступающими вечерами.

Юлия Хандожко

- «И тебе тоже» - ответит мне кто-нибудь мужского пола в комментариях.

Олег Дружбинский

- А ты скажешь: «Ничего, я найду другого пользователя».

Юлия Хандожко

- А это уже как-то грустно. Ладно, не будем о грустном.

Олег Дружбинский

- Давай не будем.

Юлия Хандожко

- На самом деле, я не знаю, мне, честно говоря, ещё понравился пост Влада Цыплухина.

Олег Дружбинский

- Давай.

Юлия Хандожко

- Где он написал про Дурова.

Олег Дружбинский

- Давай. Пускай, и закончим на этой мажорной ноте как-нибудь.

Юлия Хандожко

- В общем, вышел на сцену Дуров и громко-громко сказал на этой неделе о том, что «WhatsApp»… А можно такое говорить эфире? Я просто не знаю.

Олег Дружбинский

- На какую букву скажи?

Юлия Хандожко

- На букву «С».

Олег Дружбинский

- Допустим да, можно, говори.

Юлия Хандожко

- ««WhatsApp» сосёт».

Олег Дружбинский

- Ах, вот как.

Юлия Хандожко

- Простите. Но это не я, это «WhatsApp» и Дуров.

Олег Дружбинский

- Так, подожди, ты не путай, это Дуров сказал, «WhatsApp» ещё неизвестно что делает.

Юлия Хандожко

- Да, в общем, Влад Цыплухин, несмотря на то, что он бывший пресс-секретарь «ВКонтакте». Павел Дуров его в своё время уволил.

Олег Дружбинский

- Знаем, знаем, знаем мы его.

Юлия Хандожко

- Наверно, все знают. Он поддержал своего бывшего начальника и написал, что выступление было нацелено не на российскую аудиторию и о том, что нужно переворачивать пирамиду, нагревать воздух, о том, что Дуров не делает случайных заявлений. И что он тысячу раз подумал перед этим, и что у его приложения «Telegram» уже 60 миллионов пользователей, и идти мелкими шагами и каждому медиа объяснять, почему они лучше, это плохая позиция. И поэтому он написал, что всё правильно, «WhatsApp» будет продолжать то, что он делает. А Дуров рок-н-ролл. Вот так.

Олег Дружбинский

- Совсем с денежками… И вообще слава его, как пиарщика «ВКонтакте», конечно, не даёт ему спать. Ему будет всё время от этого тяжело, знаешь? Он когда-то взлетел на эту высоту, он интересный парень, но сейчас ему всё время хочется поковырять это дело, понимаю.

Юлия Хандожко

- То есть считаешь, что «Telegram», а не «WhatsApp»?

Олег Дружбинский

- Да. Да дело не в «Telegram» или «WhatsApp», дело в том, что мы же оцениваем как бы пост несчастного Цыплухина, которого поперли из «ВКонтакте».

Юлия Хандожко

- Да, но это уже было давно, у него сейчас свой проект, и ты хочешь сказать, что всё плохо?

Олег Дружбинский

- Да, да, да.

Юлия Хандожко

- Стартаперы будут стартапить.

Олег Дружбинский

- Стартаперы будут делать то, что предрекает Дуров «WhatsApp», вот что они будут делать. На букву «С» как ты выразилась, да. Причём там за углом на помойке, я думаю, к сожалению.

Юлия Хандожко

- О, ужас. О, ужас.

Олег Дружбинский

- Представь себе да.

Юлия Хандожко

- Какой ты надменный сегодня, это просто кошмар.

Олег Дружбинский

- Это не надменность, это…

Юлия Хандожко

- Стартаперов ты не любишь, девушек ты не любишь.

Олег Дружбинский

- Нет, вообще стартаперов девушек я люблю, а отдельно стартаперов нет, понимаешь, тут какая штука.

Юлия Хандожко

- А много вообще стартаперов девушек?

Олег Дружбинский

- Встречаются…

Юлия Хандожко

- Намного меньше?

Олег Дружбинский

- Маловато, да. Вообще в любом деле, если хорошие девушки присутствуют рядом, то, значит, дело-то неплохое, в общем. Если симпатичные девчонки рядом, дело хорошее, интересное, прогрессивное.

Юлия Хандожко

- Это как такой индикатор, да? Как только в проекте появляется милая девчонка, значит, все будет ОК, да?

Олег Дружбинский

- Да, да, да.

Юлия Хандожко

- Забавно, забавно, забавно.

Олег Дружбинский

- Если ты подойдешь к какой-нибудь компании за столиком, увидишь, что там сидят мальчишки и рядом с ними девки такие страшные-страшные.

Юлия Хандожко

- Всё плохо, да?

Олег Дружбинский

- Значит мальчишки – неудачники конченные. Имей это в виду.

Юлия Хандожко

- Слушай, хорошо, я буду обращать внимание, мне нравится эта идея.

Олег Дружбинский

- Очень просто. Мужчина умный, женщина красивая. Запиши себе где-нибудь.

Юлия Хандожко

- Я же красивая, а не умная, зачем мне записывать, Олег?

Олег Дружбинский

- Козырнёшь при случае. Сойдёшь вдруг за умную.

Юлия Хандожко

- Ты же говоришь, что не нужно мне казаться умной.

Олег Дружбинский

- Ладно, Юлец, давай прощаться.

Юлия Хандожко

- Да, всем рок-н-ролл.

Олег Дружбинский

- Всем рок-н-ролл и этих семь бочек вам в глотку.

Юлия Хандожко

- Что? Что?

Олег Дружбинский

- Ой, извините, это не в вашей передаче.

Юлия Хандожко

- Что это сейчас было, Олег?

Олег Дружбинский

- Да, да, да.

Юлия Хандожко

- Держи себя в руках. Можно я скажу последнее, не последнее, сейчас можно завершу как-то эфир?

Олег Дружбинский

- Давай завершай.

Юлия Хандожко

- А чем завершать-то? Друзья, мы желаем вам всех клёвых выходных, это последние теплые деньки, оторвитесь-таки, не носите пуховики, и вообще…

Олег Дружбинский

- Особенно вообще.

Юлия Хандожко

- Чтобы всё было классно у вас на этих выходных. Пока.

Олег Дружбинский

 

- Всем пока, передачу «Всё за лайки» вели Олег Дружбинский и Юлия Хандожко, целуем, обнимаем. Пока-пока.